Он, Она, Они, или Женщины без границ
Мистическая комедия в действиях
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Она (Вера)
Они:
Ирина Федоровна – ее мать.
Виталик – ее муж.
Валентин Борисович – ее первый мужчина.
Маргарита Львовна – ее босс.
Он (Саша)
Они:
Нина – его жена.
Маша – его парикмахерша.
Костя Мотылев – его друг.
Недорогой гостиничный номер. На стене большая репродукция – одна из климтовских женщин. Дверь в ванную. Балкон, с которого можно увидеть море. Широкая кровать в алькове заслонена полупрозрачной ширмой. Ближе к авансцене – обширный полукруглый диван и журнальный столик. Входят Он и Она. Оба средних лет. Вера одета как деловая женщина на отдыхе. В Саше угадывается артистический род занятий. Поставив чемоданы, он обнимает ее, и они сливаются в долгом поцелуе.
ОНА (оторвавшись). Боже, как сладко!
ОН. А ведь это только начало!
ОНА. Если бы у любви было только начало! Но тогда и смерти не должно быть. И старости тоже…
ОН. Зачем стареть? Абсолютно не надо стареть. Скоро ведь как будет…
ОНА. А как скоро будет?
ОН. А вот так: заводишь собственного клона. Живешь, как хочется, на разрыв аорты, а твой клоник где-то пасется. На травке. Вдруг у тебя отказала, допустим, печень…
ОНА. Почему именно печень?
ОН. Я – к примеру. Могут и почки отказать. Тогда отлавливают в полях твоего клоника, отрезают у него печенку и пришивают тебе. Ты как новенький. Проснись и пей!
ОНА. Больно будет!
ОН. Кому?
ОНА. Клонику.
ОН. Ты курочек ешь?
ОНА. Ем. Только грудки.
ОН. А ведь им тоже больно. Курочкам.
ОНА. Да-а, знаю… Я даже хотела стать вегетарианкой. Но у меня не получилось… (Спохватившись.) У Марго получилось. Она сильная…
ОН. У кого получилось?
ОНА (пропустив вопрос мимо ушей). А вот представляешь, у человека несчастная любовь! Разбито сердце. Или еще хуже: сердце устало от грешных, бессмысленных и ненужных чувств. Тогда берут у клоника, но обязательно под общим наркозом и с благословения батюшки, новое, чистое, ни разу не любившее сердце. И все можно начать сначала. Представляешь?
ОН. Представляю…
Привлекает ее к себе, и они снова сливаются в долгом поцелуе, во время которого он потихоньку влечет ее в альков.
ОНА. Погоди! Сашенька, я хочу тебя спросить…
ОН. Спрашивай!
ОНА. Ты, когда целуешься, о чем думаешь?
ОН. Честно?
ОНА. Конечно, честно! Если мы будем нечестны друг с другом, то тогда зачем все это?!
ОН. А ты о чем думаешь?
ОНА. Я первая спросила.
ОН(помявшись) Ну, если честно… Во время поцелуя, Вера, я думаю о том, что будет после поцелуя.
ОНА. Это по-мужски! А вот я во время поцелуя всегда что-нибудь вспоминаю.
ОН. Ну и что ты сейчас вспоминала?
ОНА. Как мы познакомились. Знаешь, меня всегда потрясала одна вещь. Живут два человека в разных концах Москвы. Мужчина и женщина. Утром просыпаются, завтракают, едут на работу, вечером домой или в театр.
ОН. Лучше – в ресторан.
ОНА. …Они даже могут где-нибудь оказаться рядом – невзначай соприкоснуться рукавами и переброситься случайными фразами, при этом так и не узнав о существовании друг друга. Но вот в один прекрасный день…
ОН. …У женщины спускает колесо. П-ф-ф-ф-у… Она выходит из машины и смотрит на свой джипик с таким недоумением, точно вместо колес у него выросли ласты, как у тюленя… (Показывает, как смотрит женщина.)
ОНА. …А в это время мимо шагает одинокий мужчина. Спаситель! А куда, кстати, ты шел?
ОН. Так, прогуливался… в одно место. Вдруг вижу: дама в отчаянном положении. Ну, кровь кавалергардов вскипела в моих жилах…
ОНА. Сашенька, так ты из дворян?
ОН. А что, разве не заметно?
ОНА (присматриваясь). Заметно! Все-таки породу не спрячешь.
ОН. И не пропьешь!
ОНА. Что?
ОН. Шутка.(Входит в образ.) Длинна и печальна моя родословная. Один прадед сгинул на Соловках, другой покоится в галльской земле, рядом со славными дроздовцами и каппелевцами. А их потомки в Совдепии семьдесят лет прикидывались стопроцентными пролетариями…