ВАЛЕНТИН БОРИСОВИЧ. А хорошую все-таки, Ирина Федоровна, мы с вами девочку вырастили!
ИРИНА ФЕДОРОВНА. Эх, ты, раститель-растлитель! Мы ведь в тебя целым родительским комитетом влюблены были.
ВАЛЕНТИН БОРИСОВИЧ. Ты мне тоже нравилась! Но тут жена привезла из Канады «Лолиту». Я прочитал, загорелся: нимфетки и все такое. Сажать надо писателей за такие книжки, ей-богу!
ИРИНА ФЕДОРОВНА (нежно). Все бы тебе сажать.
Треплет его по голове. Саша и Вера скрываются за ширмой.
МАРГО. Вернись, дура, натуралка проклятая! В ногах будешь валяться!
МАША (в отчаянии). Александр Иванович, что вы делаете? Я же лучше и моложе!
Марго с интересом смотрит на Машу. Внезапно Саша, обнаженный по пояс, выходит из-за ширмы.
ОН. Та-ак. Вы еще здесь, тени прошлого? Чтобы через минуту никого не было! Ясно?
Включает для устрашения сверло.
ВАЛЕНТИН БОРИСОВИЧ. Не волнуйтесь, Александр, мы уходим!
ВИТАЛИК. Не отвлекайся, преемник! Мы уезжаем.
НИНА. Вот ты, оказывается, какой, Санечка!..
ОН. Да, такой!
Скрывается за ширмой.
МАРГО (Маше). Женщин стрижешь?
МАША (удивленно). Стригу.
МАРГО (протянув визитную карточку). Мне нужен личный разъездной парикмахер. Скоро в Венеции научная конференция «Гендер как тендер». Надумаешь – звони!
Маша вчитывается в визитку и смотрит на Марго с восторгом.
МАША. Чума!
Вера и Саша за ширмой. Как в театре теней, видны обнажающиеся тела.
НИНА. Господи, как же красива живая плоть!
МАРГО. Отвратительно! Меня сейчас стошнит.
МАША. Просто безобразие какое-то!
ВИТАЛИК. Вы ничего не понимаете. Ради этого, пожалуй, стоит слезть с дивана. Нина, можно я запишу ваш электронный адрес?
НИНА. Нельзя. Я умерла четыре года назад.
ВИТАЛИК. Жаль! Но я читал, лет через десять можно будет обмениваться эсэмэсками даже с загробным миром.
НИНА (испуганно). Не дай бог!
ВАЛЕНТИН БОРИСОВИЧ. Это, конечно, не совсем то, что я хотел для Верочки. Но кому интересно наше мнение? Мы здесь лишние. Им не до нас.
ИРИНА ФЕДОРОВНА. Эх, ты, дочь, – замуж невмочь! На кого мать бросила?
НИНА. Он про меня больше не думает. Пора возвращаться.
МАРГО (Маше). Нет, ты представляешь: она думает только об этом пьяном самце, неблагодарная тварь!
МАША. А он только – о ней, алкоголик!
ВИТАЛИК. Просто они счастливы – и мы для них больше не существуем.
ИРИНА ФЕДОРОВНА. Ничего! Остынут, отрезвеют – и вспомнят про нас.
ВАЛЕНТИН БОРИСОВИЧ. Пойдемте, коллеги, не будем им мешать!
ИРИНА ФЕДОРОВНА. Валя, ты меня проводишь?
ВАЛЕНТИН БОРИСОВИЧ. Конечно, Ирочка. Пошли!
МАРГО. Но мы еще вернемся.
ВАЛЕНТИН БОРИСОВИЧ. Обязательно вернемся!
НИНА. Вернемся…
На сцене темнеет. Призраки исчезают один за другим, точно ганут. На освещенном экране ширмы два любящих силуэта сливаются в один. Занавес.
Конец.
2005
Одноклассница, или Соврешь – умрешь!
Мелодрама в двух действиях
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Светлана Погожева
Анна Фаликова
Михаил Тяблов
Федор Строчков ОДНОКЛАССНИКИ
Борис Липовецкий
Виктор Черметов
Иван Костромитин
Евгения Петровна Костромитина – его мать.
Ольга – дочь Светланы.
Окопов – майор.
Солдат.
1-й телохранитель.
2-й телохранитель.
Комната типовой трехкомнатной квартиры, неплохо обставленной по стандартам восьмидесятых годов XX века. Направо кухня с балконом. Налево дверь во вторую комнату, прямо дверь в третью комнату, так называемую «запроходную». На стене фотопортрет улыбающегося бойца-интернационалиста, одетого в «песчанку» и тропическую панаму. В одной руке у него «калашников», в другой – гитара. Под портретом на тумбочке лежит гитара – та самая. В квартире полным ходом идет подготовка к застолью. Евгения Петровна и Светлана носят с кухню в «запроходную» комнату тарелки и блюда. Разговаривают…