ЧЕРМЕТОВ. Где Светлана?
БОРИС. Там…
ЧЕРМЕТОВ. Позови! Быстро!
Борис зовет. Из комнаты выходят Светлана и Ольга. Отец Михаил переводит взгляд с Ольги на Ванечку и Черметова.
ЕВГЕНИЯ ПЕТРОВНА. Девочки, что с вами?
СВЕТЛАНА (смотрит в глаза Черметову). Все хорошо! Все хорошо…
ЕВГЕНИЯ ПЕТРОВНА. Оленька! Что стряслось?
ОЛЬГА. Ничего. 425-я серия «Санта-Барбары».
Ольга, не отрываясь, глядит на Черметова. Евгения Петровна перехватывает ее взгляд.
ЕВГЕНИЯ ПЕТРОВНА. Витенька, что случилось? Ты хоть объясни!
ЧЕРМЕТОВ (радостно). Случилось! Стряслось! Сейчас Светлана все вам объяснит. Говори! (Весело.) Соврешь – умрешь!
Все с недоумением смотрят на Светлану. Она молчит.
ОЛЬГА. Мама, ну! Подлежащее… Сказуемое…
СВЕТЛАНА (через силу). Я давно должна была это сказать. Я скрывала. Я думала, так будет лучше для всех. Я ошибалась… Но теперь я поняла и я хочу, чтобы все знали… Мой муж… бывший… Павел… не отец Ольге…
ФЕДЯ. Как же это так, белоснежная ты наша?
АННА (сделав характерный жест). Ес-с! Так я и знала!
ЕВГЕНИЯ ПЕТРОВНА (опускаясь на стул). А кто же отец?
СВЕТЛАНА. Оля… моя Оля – дочь Ванечки. Моего любимого, единственного Ванечки!
ОЛЬГА (визжит). Мама, ты что, с мозгами поссорилась?
СВЕТЛАНА. Замолчи! (Светлана с плачем опускается на колени перед Костромитиным, на его лице выражение ужаса.) Прости меня, Ванечка… Прости! Знаешь, как трудно было с этим жить! Но теперь все, все… (Плачет.)
ЕВГЕНИЯ ПЕТРОВНА. Господи! Услышал! Мишенька, Он услышал!
Целует руки священнику. Тот удивленно смотрит на Светлану.
ОТЕЦ МИХАИЛ. Вот вам и чудо Господнее!
ЧЕРМЕТОВ. Это не чудо, а вранье!
СВЕТЛАНА. Это правда!
ЧЕРМЕТОВ. Но ты же сама…
СВЕТЛАНА. Я тебе лгала. Из-за денег…
БОРИС. Евгения Петровна, требуйте генетическую экспертизу! У нас в Австралии…
ЕВГЕНИЯ ПЕТРОВНА. Да зачем же, Боренька, экспертиза-то? Я и без экспертизы от счастья сердца не чую! Внученька, внученька…
Обнимает, целует растерянную Ольгу, которая все время озирается то на мать, то на Черметова.
ЧЕРМЕТОВ. Да, срочно нужна экспертиза! Я сейчас позвоню начальнику Облздрава! (Выхватывает телефон.) Ольга не его дочь!
ЕВГЕНИЯ ПЕТРОВНА. А чья же еще, Витенька?
ОТЕЦ МИХАИЛ. Не надо, Чермет, звонить! Я про это давно уже знаю.
ЧЕРМЕТОВ. Ты? А почему молчал?
ОТЕЦ МИХАИЛ. Тайна исповеди. Слышал про такую? (Подходит к Костромитину.) Ванечка, посмотри, это твоя дочь! Оленька, подойди к отцу!
АННА. Ну просто как две капли!
Ольга медленно, неуверенно, оглядываясь на Черметова, подходит к неподвижному Костромитину.
ЕВГЕНИЯ ПЕТРОВНА. Внучка, поцелуй папу!
Ольга качает головой и медленно пятится.
ФЕДЯ. Ванька, очнись, у тебя дочь! Понимаешь ты, дочь! Сейчас. Ага! Вот…
Ну, как?
ОЛЬГА. Пафосно!
СВЕТЛАНА. «Тело вынашивало…» – плохо.
ФЕДЯ. Ну тебя! Сразу видно: учительница! Лучше налей! Счастье надо запить.
БОРИС (снимает на камеру). Какой информационный повод! Недвижный герой через двадцать лет обретает свою дочь. А ты им, босс, что-нибудь даришь к этому событию. Новую инвалидную, допустим, коляску… А? Делаем ролик для телевидения!
ЧЕРМЕТОВ. Пошел вон, дурак! Ты уволен!
БОРИС (в отчаянии). За что?
Раздается звонок в дверь. Евгения Петровна открывает. Входят майор Окопов и рядовой в сопровождении двух телохранителей.
ОКОПОВ. Виноват. Все разъяснилось. Теперь как положено… Боец!
Солдат бережно передает телохранителям красивую коробку, которая вдвое больше прежней. Те с предосторожностями распаковывают и достают оттуда протез ноги.