С подносом входит Иветта. Услышав сказанное, с усмешкой смотрит на главврача.
СТЕПАНОШВИЛИ. Поздравляю, Денис Олегович! Когда свадьба?
ВИКА. Мы не торопимся.
СТЕПАНОШВИЛИ. Верно! Как говорили древние, поспешай медленно.
ДЕНИС. Но не щелкай клювом.
СТЕПАНОШВИЛИ. Может, коньячку? Есть «Старый Тбилиси» 1980 года.
ВИКА. Мы не пьем.
ДЕНИС. В это время дня.
ЭЛЕОНОРА. Виктория, да вы волшебница!
ВИКА. Ну что вы! Я только учусь. У вас.
СТЕПАНОШВИЛИ. Сигару от Фиделя?
ДЕНИС (грустно). Когда не пьешь, курить не хочется.
ЭЛЕОНОРА (раздраженно). Гугуша Тарасович, я все-таки хотела бы знать наши перспективы. Мой муж лежит в вашей клинике уже полгода. Дважды донорское сердце ему не подошло. Это превращается в какую-то дурную традицию… В чем дело? Вы уже осчастливили за наш счет двоих пациентов.
СТЕПАНОШВИЛИ. Реципиентов.
ЭЛЕОНОРА. Вот именно! Второй, кажется, ваш родственник?
СТЕПАНОШВИЛИ. Это клевета, уважаемая Элеонора Павловна. Не все, кто приезжает в «Именины сердца» с Кавказа, мои родственники. Далеко не все. Кроме того, я неоднократно подчеркивал: если донорский орган не подходит, мы обязаны его использовать в течение срока годности для спасения любого больного с идентичными показаниями. Не я виноват, что оба сердца при исследовании не были показаны вашему высокочтимому супругу!
ЭЛЕОНОРА. Надеюсь, в третий раз подойдет?
СТЕПАНОШВИЛИ. И я надеюсь, Бог троицу любит.
ЕВСЕВИЯ. Сестры молятся за здравие Олега Борисовича.
ДЕНИС. Видимо, не слышит он их молитвы, матушка. Может, папа у него там в каком-нибудь стоп-листе?
ВИКА. Денис!
ЕВСЕВИЯ. Господь милостив…
СТЕПАНОШВИЛИ. Это хорошо, что вы молитесь. Но я хотел бы напомнить, что деньги за шестой месяц пребывания в президентском люксе до сих пор не перечислены. А у нас стопроцентная предоплата. Иветта Григорьевна, принесите-ка копию договора, и побыстрее!
ИВЕТТА (сверкнув глазами). Сию минуту, Гугуша Тарасович! (Уходит.)
СТЕПАНОШВИЛИ. Кроме того, накопилось множество неоплаченных счетов за дополнительные услуги.
ЛЮТИКОВ. Например?
СТЕПАНОШВИЛИ. Вызов хора из театра «Ромэн».
ДЕНИС. Папаша вызывал цыган?
ЭЛЕОНОРА. Да, он тосковал, и я решила его развлечь.
СТЕПАНОШВИЛИ. Олег Борисович тосковал, а счет пришел на клинику. Кроме того, до сих пор не оплачен вызов консультантов – мировых светил: профессора Алекса Розенбаума из Лос-Анджелеса и доктора Лео Розенблюма из Тель-Авивского кардиоцентра.
ДЕНИС. И что сказали светила?
СТЕПАНОШВИЛИ. Сказали: надежда есть.
ДЕНИС. И сколько же это стоило?
СТЕПАНОШВИЛИ. Счета вам отправлены.
ЛЮТИКОВ. Дорого это стоило, очень дорого!
ЭЛЕОНОРА. Но ведь не дороже жизни моего мужа? Игорь Богданович, в чем дело?
ЛЮТИКОВ. Вы разве не знаете, Элеонора Павловна, что мы проиграли Лондонский арбитраж и сразу всем оказались должны. Активы «Цветметсплава» арестованы.
Возвращается Иветта с копиями договоров, бросает их на стол.
ЭЛЕОНОРА. Знаю, но я не думала, что все так серьезно.
ДЕНИС. Пожалуй, я все-таки выпью.
ВИКА. Ден!
ДЕНИС. Зайчик, чуть-чуть!
Иветта по мановению босса открывает бар и наливает рюмку, подносит Денису, тот жадно выпивает, требуя добавки.
ИВЕТТА (подливая). Не торопитесь! Вся бутылка ваша.
ВИКА. Уберите алкоголь!
СТЕПАНОШВИЛИ. Ну-с, освежили в памяти договор?
ЭЛЕОНОРА. Да, и обратили внимание, что клиника за исход трансплантации никакой ответственности не несет.
СТЕПАНОШВИЛИ. Увы, мы не боги… Когда же будут оплачены счета?
ЛЮТИКОВ. Мы тоже не боги.
ДЕНИС. Лютик, а зачем было судиться в Лондоне? Там же все – жулики.
ВИКА (отбирая у него третью рюмку). У нас как будто не жулики?
ДЕНИС. Еще какие! Но зато мы говорим с ними на одном языке.
ЭЛЕОНОРА. И что же теперь будет?
ЛЮТИКОВ. Выставим на аукцион промышленные объекты, недвижимость, антиквариат. Откажемся от разорительной благотворительности. Будем гасить долги.
ВИКА. Я не позволю продать мою газету!
ЕВСЕВИЯ. Мы еще не достроили сестринский корпус.
ЭЛЕОНОРА. А если мы не отдадим долги?
ЛЮТИКОВ. Все опишут и отберут.
СТЕПАНОШВИЛИ. Господа, так вы перечисляете деньги? Или мы переводим Олега Борисовича в общее отделение?