В доме было темно и тихо. Однако, несмотря на это, её голова всё ещё немного болела. Всю ночь она провела за работой над специальным зельем, а под утро её разбудил незваный гость, который громко стучал в дверь.
— Лучше бы я его сожгла… — прошептала ведьма, падая спиной на кровать. В этот момент она увидела, как в окно влетел огромный чёрный ворон, который сел на железный каркас в изголовье кровати.
— Но ты уже и так жестоко ему отомстила, — сказал ворон низким голосом.
— Он сам виноват, что взял, не проверив, что берёт, — ответила ведьма. — К тому же Лиазаир перестанет его преследовать, так что он добился своего. А если он даже не знает, как выглядят белоягоды, то это его проблемы.
— Как всегда жестока… — покачал головой ворон.
— Эй, — ведьма чуть приподнялась и нахмурилась, глядя на птицу. — Ты же мой фамильяр. Разве ты не должен быть на моей стороне?
— Не обязательно, — ответил ей ворон.
Ведьма лишь хмыкнула и легла обратно.
— Как мило с твоей стороны помочь Лиазаир. Какое в тебе добродушие! — сказал ей ворон.
— Не забывай, у меня договор с их королём, — ответила ему женщина, прикрыв глаза. — Я помогаю им бесплатно, а они позволяют мне находиться на своей территории тоже бесплатно. Сделка честная, ведь здесь растёт так много нужных мне трав.
— Странно, что ты не взяла с него хотя бы один медный. Ушла в минус, — усмехнулся ворон.
— Ох… — громко выдохнула ведьма. — Надо же тебе испортить мне настроение! — недовольно посмотрела она на ворона и положила одну из подушек себе на лицо. — Мои денежки… — застонала она.
Глава 5. Кризанта
Женщина, погружённая в свои мысли, нервно расхаживала по комнате и грызла ногти, не замечая этого. Причина, по которой Норберт постоянно отказывал ей, выбила Кризанту из колеи. Она не ожидала такого, даже простое нежелание Норберта жениться на ней было бы менее шокирующим. Если бы можно было силой отнять у бывшей кольцо, это было бы решением проблемы, но, к сожалению, это невозможно.
— Всё очень просто, — нервно усмехнулась она. — Мне нужно всего лишь найти ей мужа. Вот и всё!
Однако это слишком долго. Кризанта из тех, кто предпочитает быстрые и надёжные методы.
Когда-то она просто мечтала выйти замуж, но в последнее время это желание стало навязчивым. Она была готова на всё, чтобы воплотить его в жизнь. Её мать всегда говорила, что пока девушка не замужем, она не может полностью разделить жизнь с любимым человеком. И дело было не только в мане.
Уже несколько дней Лаведан пыталась найти выход из сложившейся ситуации, но ей ничего не приходило в голову. Она много думала, но не могла понять, как Норберт мог допустить такую ошибку. Даже если он думал, что никогда больше не сможет построить отношения с кем-либо…
Норберт был пожилым человеком, хотя внешне и выглядел молодо. Из-за этого ему была свойственна некоторая меланхоличность. Он не любил заниматься делами академии лично и почти всё время проводил в своём кабинете. Даже учителя нечасто видели ректора.
В его кабинет могли заходить только три человека: Кризанта — возлюбленная Норберта, хотя и не сразу получившая разрешение; Умар — стражник академии; и Иван — пожилой преподаватель с факультета алхимии, единственный, с кем Норберт любил поговорить.
Решив немного успокоиться, Кризанта села за свой туалетный столик, который был заставлен изысканными флаконами. Она любила ухаживать за своей кожей, чтобы оставаться красивой и молодой. У неё было много магической силы, но в храме ей предсказали, что она не доживёт и до трёхсот лет, а в этом году ей уже исполнилось двести тридцать один.
Кризанта боялась старости. Она переживала, что если у неё появятся морщины, Норберт оставит её и найдёт себе кого-то помоложе и красивее. Поэтому она так спешила. Разделив свою магическую силу с Норбертом, она могла бы продлить себе жизнь ещё на много столетий. И тогда её мужчина уже никуда бы не делся.
— Хью, — позвала женщина. Неожиданно на её плечи легли изящные мужские руки и начали аккуратно их разминать.
В большом зеркале отражался высокий красивый мужчина. У него были короткие тёмно-каштановые волосы, словно потемневшее золото, и яркие золотые глаза. На его левом ухе висели три небольшие золотые серёжки, а на открытой груди, прямо над золотистой извилистой татуировкой, красовалась такая же золотая цепочка. Его шёлковая чёрная рубашка была расстёгнута, а чёрные кожаные брюки поддерживал толстый золотой ремень.