Передачи «Независимой радиокомпании Дзорка» выходили на четырех языках каждый день (хотя невольно возникает вопрос: кто же в далеком Дзорке должен был слушать передачи на английском, русском, французском? Но это было не так уж и важно), и каждая редакция, составленная по языковому принципу, имела по тридцать минут эфирного времени. В каждой редакции было по два-три редактора и целая армия внештатных корреспондентов. На материалах, доставленных внештатниками, и зиждилось, откровенно говоря, существование радиокомпании. Автором идеи использовать труд внештатников как бесплатную рабочую силу был сам АН, который часто говорил своим редакторам:
– Пусть дети бегают, достают материалы, а вы займитесь чем-нибудь более серьезным.
И действительно: внештатники рыскали по Дзорку и окрестным деревням, словно голодные собаки в поисках еды, и приносили на суд редакторов свои каракули и с трепетом ожидали приговора – пойдет материал в эфир или нет. Если возраст внештатников колебался от пятнадцати до двадцати лет, то редакторам было намного больше и каждый из них чувствовал себя богом. Верховным же богом был, конечно же, сам АН, который был без ума от своего «предприятия». Но в апреле 2003 года ему соответствующее ведомство при Минкульте предложило возглавить одну радиостанцию в Ереване, так сказать, свои способности «эффективного менеджера» и «богатый опыт работы» использовать в столице.
АН преуспел и тут, и вскоре вверенная ему радиостанция FM стала одной из самых популярных в республике. И все это опять благодаря неунывающей армии внештатников и своей помощнице Джемме Саркисян – единственного сотрудника, кого Арам Назарян оставил работать на радиостанции, когда стал ее руководителем, и не уволил (каждая метла метет по-своему, и АН первым делом заменил весь staff, вплоть до уборщиц).
До самого марта 2008 года популярность и вес Арама Назаряна все больше росли в обществе вообще и в сфере media в частности, и ему серьезно прочили карьеру в Министерстве культуры в дальнейшем. Однако после событий марта 2008 года что-то пошло не так – и никто не знал причины, – и блеск звезды Арама Назаряна стал тускнеть с каждым месяцем, с каждым новым годом, и так до тех пор, пока не погас вовсе. В новом кабинете министров никто не предложил ему какой-либо должности, кроме того, руководство ясно дало понять, что предпочитает видеть во главе популярной радиостанции кого-нибудь другого. В 2012 году АН-55 подал в отставку, наконец-то женился на дочке своего школьного друга Гарика Гарибяна (и по совместительству внучки Ара Манояна), уехал жить в Барселону и никогда больше не возвращался в Армению. Но все это будет потом.
А пока…
Пока, сидя воскресным утром в новом своем кабинете в Доме радио, но уже города Еревана (по улице Алека Манукяна), в последний день января 2007 года, АН-50 осваивал новейшую программу, которую закачал в его компьютер системщик из отдела техподдержки: Skype. Арам Назарян думал о том, зарегистрироваться ли в этой новой программе под привычным айсикьюевским никнэймом Saro или же придумать себе новое имя. В руке он держал полученное еще вчера письмо от неизвестного Z. Письмо было путаное, но более чем понятное. В нем сообщалось, что его сыну, то есть сыну Арама Назаряна от некоей Ану уже исполнилось четыре года и что этот самый Z, автор письма то есть, в скором времени приедет в Ереван, чтоб навестить Арама Назаряна и потребовать некоей компенсации. В противном случае Арам Назарян очень пожалеет. АН не знал, как относиться к этому письму, тем более что о существовании сына он ничего не знал до этих пор. Как, впрочем, и ничего не слышал о миниатюрной Анушик с тех самых пор, как та уволилась из Дома радио в Дзорке. И тем более не мог предположить, что через пару часов ему на мобильный позвонит Мэрико и сообщит еще одну новость…
Пока же он сидел в своем кабинете на третьем этаже Дома радио в Ереване, по улице Алека Манукяна и играл на стене солнечным лучом, отражающимся от его новеньких дорогих часов, подаренных замминистром на день рождения.