Когда выступили все докладчики, А. С. Щербаков изменил порядок работы. Он предложил перенести обсуждение доклада М. И. Бурцева на следующее заседание Совета, на котором дополнительно заслушать отчеты политуправления одного из фронтов и политотдела армии о пропаганде на войска противника. И тогда, после всестороннего анализа состояния дел, принять решение. Это предложение было принято.
Началось обсуждение докладов М. Г. Гуревича и М. М. Пронина. Оно проходило очень активно.
Начальник Главного политического управления Военно-Морского Флота Иван Васильевич Рогов отметил, что партийно-политическая работа в войсках и на флоте оказёнивается сверху. Многое делается формально, а наболевшие проблемы подолгу не рассматриваются. Например, Военный совет одного из флотов за одиннадцать месяцев ни разу не обсуждал вопросы воспитания. Комиссары больше заняты административно-хозяйственными вопросами. Еще много формализма в деятельности политорганов. Бывает, что живая работа с людьми в боевой обстановке подменяется различными обследованиями.
— Пока мало что сделали для помощи фронту писатели и поэты, — говорил И. В. Рогов. — Литературы о подвигах советских воинов все еще недостает. Летчики иногда часами сидят под самолетами в ожидании погоды, а читать нечего…
В выступлениях Д. З. Мануильского, Е. М. Ярославского и других членов Совета также прозвучала забота о необходимости решительного улучшения идейно-политического воспитания воинов, изменения стиля в работе самого Главного политического управления.
А. С. Щербаков выступил в заключение с некоторыми принципиальными оценками и предложениями.
— Прежде всего, — говорил Александр Сергеевич, — нам необходимо подготовить и представить в ЦК ВКП(б) предложения об улучшении партийно-политической работы в Красной Армии. В записке следует учесть замечания и пожелания как сотрудников всех отделов ГлавПУ РККА, так и выступавших на сегодняшнем заседании. Подготовку проекта предлагаю поручить товарищам Ярославскому, Мануильскому и Гуревичу. — А. С. Щербаков посмотрел в их сторону, как бы спрашивая согласия. — Что нам надо иметь в виду? — продолжал он. — Начинать перестройку работы будем с Главного политического управления, решительно ломая все, что связано с бюрократическим стилем, с оказененным подходом к делу. Думаю, что прибегать к директивам необходимо реже, а для руководства политорганами полнее использовать печать. В ГлавПУ РККА создадим группу штатных, а также нештатных агитаторов. В качестве нештатных агитаторов надо включить крупных партийных и советских работников, видных ученых. Список агитаторов представить в ЦК партии. Подбор кандидатов предлагаю поручить товарищам Александрову и Ярославскому. — И вновь он посмотрел в их сторону, а после краткой паузы продолжал: — Отдел печати подчиним управлению пропаганды. Какая же пропаганда без печати? Шефство над 7-м отделом ГлавПУ РККА попросим возглавить Д. З. Мануильского как члена Совета военно-политической пропаганды.
В те дни А. С. Щербаков направил в ЦК ВКП(б) И. В. Сталину записку с предложением об укреплении руководящими кадрами Главного политического управления.
На первые числа июля было назначено совещание руководящего политсостава Красной Армии — членов военных советов и начальников политуправлений фронтов. На обсуждение совещания выносились меры, направленные на коренное улучшение партийно-политической работы в действующих войсках.
С целью более глубокой подготовки к этому совещанию А. С. Щербаков провел еще ряд мероприятий, в том числе беседы с фронтовиками, а 27 июня созвал очередное заседание Совета военно-политической пропаганды. На нем обсуждался доклад начальника 7-го отдела ГлавПУ РККА полкового комиссара М. И. Бурцева, а также доклады начальника 7-го отдела политуправления Западного фронта бригадного комиссара И. И. Никифорова и начальника 7-го отделения политотдела 20-й армии батальонного комиссара М. Я. Маркушевича. На заседание были приглашены начальник политуправления Западного фронта бригадный комиссар В. Е. Макаров и начальник политотдела 20-й армии бригадный комиссар С. И. Паша.
Обсуждение докладов проходило совместно. Участники заседания выступали заинтересованно, горячо. Говорили об укоренившемся шаблоне в листовках, о слабой, неубедительной их аргументации, о том, что листовки не задевают вражеских солдат за живое. Выдвигалось немало предложений, в том числе о привлечении к этой работе политических эмигрантов.