Работники ГлавПУ, политуправлений фронтов и политотделов армий находились в боевых порядках дивизий и полков. Они добивались личного примера каждого коммуниста, помогали вскрывать и устранять недостатки в организации партийно-политической работы. Случилось так, что в первые дни контрнаступления на Донском фронте некоторые части действовали нерешительно, боясь оторваться от соседей и тем самым лишиться надежного прикрытия флангов. Об этом было доложено Военному совету фронта, который потребовал принятия решительных мер. Требования Военного совета были доведены до командного и политического состава. Вскоре боевая активность войск возросла, повысились и темпы наступления.
Политорганы и партийные организации стали активнее и глубже вникать в боевую деятельность войск, острее реагировать на недостатки, проявлять больше оперативности. Основными формами партийно-политической работы в условиях наступательных боев являлись личный пример в бою командиров, политработников, коммунистов и комсомольцев, их страстный боевой призыв перед атакой, а также индивидуальные беседы с воинами непосредственно на марше, в танковом экипаже, в артрасчете. Кратковременные остановки использовались для проведения групповых бесед, политических информаций, доведения сводок Совинформбюро и сообщений об успехах части, соединения.
Наступательный порыв воинов был исключительно высоким. М. А. Миронов докладывал, что операция в целом развивается по плану, люди в тяжелейших боях проявляют массовый героизм, показывают возросшее мастерство.
23 ноября нас с И. В. Шикиным снова вызвал А. С. Щербаков. Он сообщил, что окружение 6-й немецкой армии завершилось, кольцо замкнулось в районе города Калач. Затем сказал, что нужно потребовать от политуправлений фронтов тщательного выявления отличившихся командиров и бойцов, больше писать о них в газетах, обеспечить материалом агитаторов.
Начальник Главного политуправления рекомендовал провести, где это возможно, партийные собрания, а там, где трудно, — делегатские. На собраниях рассмотреть боевую деятельность коммунистов, обобщить, по возможности, работу агитаторов и сделать необходимые выводы. Каждому коммунисту сказать прямо, как он выполнял в бою роль вожака. Конечно, на этих собраниях надо рассмотреть и заявления о вступлении в партию. Все это поможет в подготовке к окончательному разгрому окруженного противника.
А. С. Щербаков долго и пристально смотрел на карту, и казалось, что все его мысли сосредоточились на событиях в приволжских просторах, где шла гигантская битва, где в котле оказалась почти треть миллиона фашистских солдат. Оторвав взгляд от синей полоски Волги, он сказал, что сегодня же нужно переговорить с политуправлениями всех других фронтов и организовать разъяснение боевых успехов под Сталинградом. И сделать это так, чтобы не был забыт ни один человек, где бы он ни находился — на передовой ли, в тылу или госпитале. Победы всегда вдохновляют солдата, а вскоре войскам многих фронтов предстоит перейти в наступление…
Как известно, битва на Волге завершилась 2 февраля 1943 года полным разгромом окруженной вражеской группировки. Такой победы еще не знала история!
С теми незабываемыми днями всенародного подъема и ликования, вызванными победой на Волге, связано еще одно воспоминание.
Однажды ко мне зашел Д. З. Мануильский, который в Главном политуправлении бывал часто, помогая в работе отделу спецпропаганды. С большой ответственностью Дмитрий Захарович относился и к другому поручению — пропагандиста нештатной группы Главного политуправления. Только в августе 1942 года с его участием на Брянском и Воронежском фронтах было проведено 8 митингов, 10 собраний актива и совещаний командного состава.
В период подготовки к контрнаступлению под Сталинградом Дмитрий Захарович несколько раз выступал перед героическими защитниками города. В одном из выступлений перед командирами и политработниками 62-й и 64-й армий он говорил: «Товарищи, вам тяжело. Вам тяжелее, чем кому бы то ни было на фронте и в тылу.
Это знают Центральный Комитет партии, Советское правительство… Могу вас заверить, что вы скоро получите ощутимую поддержку всего народа. Наша партия, наш народ восхищены и горды тем, что сумели воспитать таких людей, как вы, защитники Сталинграда, превратившие город в неприступную крепость».
Трудно рассказывать о необычайной силе воздействия Д. З. Мануильского на слушателей. Мудрость, простота, рассудительность и беспредельная вера в победу, звучавшие в его выступлениях, притягивали людей как магнитом, вызывали прилив сил. И, как правило, его просили выступить еще и еще перед воинами других соединений. А отказывать Д. З. Мануильский не умел. Многие наши товарищи с теплотой повторяли кем-то пущенную о нем шутку: «Наш нештатный штатный пропагандист».