**
Я собиралась до Мэри слишком долго, хотя не сделала ничего феерического. Из макияжа−накрашенные губы, и уложенные брови, которые моя знакомая уже затемнила краской, после чего мне, как ответственному ученику, остается только расчесывать их и наносить гель. Вот с одеждой пришлось потрудиться, ведь в моем шкафу не было ничего подходящего для вечеринок, а у Мэри просить мне не хотелось, она итак слишком много делает для моего преображения. Из школьной плиссированной юбки в клеточку (как у шотландца) и огромного зеленого свитера, который ни в коем случае не стоит заправлять (так всегда говорит Мэр), получился неплохой образ. С обувью возникли еще большие проблемы. Вся сложность в том, что у меня есть белые кроссовки и черная сумочка, поэтому мне нужны либо черные кроссовки, либо белая сумка. И где же только это взять? У мамы что ли? Да уж, Джин, ничего другого тебе не остается.
У Мэр не будет вечеринки, где соберётся вся старшая школа, но она сказала, что позовёт парочку друзей. «Не переживай»−сказала мне девушка. Да и с чего бы мне переживать? Это всего лишь первая суббота в компании малознакомых мне людей.
Попрощавшись с мами, и забрав у нее сумочку, я двинулась к уже заждавшейся меня девушке. В мыслях всплывал парнишка из столовой, от вида которого я просто теряла дар речи. Надеюсь, хотя нет, молю высшие силы, что этого солнечного парня, с лицом усыпанным веснушками (до которых я хочу прикоснуться каждый раз, когда смотрю на него) не будет на встрече.
Это как минимум будет нечестно по отношению к моему мозгу, я не смогу думать о чем-то кроме этого миловидного парня, а как максимум нечестно относительно сердца, оно итак слишком часто подвергается стрессу, ещё не хватало, чтобы оно остановилось, ну или убежало в руки этого рыжего красавца.
Пока я шла, запутавшись в своих мыслях, рядом со мной поравнялся автомобиль, который я узнаю из тысячи. Dodge Charger 1969 посигналил мне, а когда окно опустилось, я увидела довольное личико моего старшего братца.
−Подбросить?−ехидно улыбнувшись, он посмотрел на меня с прищуром.
−Не откажусь,−подмигивая засранцу, я открыла переднюю дверь.
−В школу?−плавно двигаясь с места, уточнил Коул.
−На вечеринку, Коул, сегодня же суббота,−монотонно произнесла я, как само собой разумеющееся.
−На вечеринку?−брат повернулся ко мне и в недоумении поднял бровь.−Очень смешно, подруга.
−Отвези меня к Мэри и не задавай лишних вопросов,−он только было открыл рот, но я продолжила.−Если, конечно, хочешь остаться невредимым.
−Дорогая, да ты просто милашка,−он на секунду замолчал, а потом немного напрягся. – У кого вечеринка?
−У Мэри,−строго отрезала я, не желая слушать его наставлений, которые, как ни крути, все равно услышу. Джин, не бери чужие стаканы, Джин, не сиди допоздна, Джин, не общайся с сомнительными (то есть со всеми) парнями и далее по списку курицы-наседки.
−Я иду с тобой,− это предложение, а точнее утверждение было красноречивее тысячи наставлений, угроз и запугиваний. Спасибо, что первая не домашняя суббота, была благополучно испорчена.
***
Застоявшийся запах хмельных напитков забивался в нос прямо с порога. Мы с Коулом заходили неспешно, осторожно, почти на цыпочках. Точнее так заходила я, а братец ушел далеко вперед, чувствуя себя, как рыба в воде, как крот в темноте, как инструктор по вождению за рулем. Уверенно. Спокойно. Что нельзя было сказать про меня. Мир перевернулся в одночасье, а осознание приходило слишком долго, поэтому я стояла в центре комнаты и пялилась в одну точку. После я медленно скользила глазами по всем обитателям «небольшой вечеринки», пока не нашла Мэри. Я ждала очень долго, пока эта особа почувствует мой прожигающий взгляд на себе, а когда наши глаза встретились, мой взор изменился. Мои глаза молили, кричали о помощи и реанимации остановившегося сердца.
Конечно, сердце остановилось не буквально, но сжималось до жуткой боли и искр в глазах. А это я еще не выпивала. Помимо невыносимой суеты, невозможного запаха алкоголя и, рыжего парня сводившего меня с ума, тут был мой брат, который смотрел на меня так, что я понимала, через несколько минут меня отвезут домой. Но когда ко мне подошла Мэри, надзиратель и его тяжелый взгляд скрылся в толпе, а я стала чувствовать себя чуточку лучше. Но только чуточку.