Кордия закрыла глаза и, раскинув руки, втянула носом холодный воздух. В сознании вспыхнул сигнал: она догадалась, что он от Мариана и откликнулась на него. Он подхватил ее идею с огнем и поделился с ней магией. Пожар в лесу начал разгораться с огромной скоростью. Королева поняла, что сделала все, что могла, и, привалившись спиной к стене, с облегчением выдохнула.
– Защита истончается, – сказал Сабола, начертив пальцами несколько знаков перед собой. – Сейчас мы будем видны, как на ладони.
– Что-то графиня Локк задерживается… – заметила Кордия.
– Пожалуй, – нахмурился Сабола. Нехорошее предчувствие черным облаком повисло в воздухе. Кордия обхватила себя руками, стараясь успокоиться. Послышались тяжелые шаги, сбившееся дыхание и, обернувшись, она увидела за неровно мерцающей защитной пеленой Оскара. Он попытался прорваться к ним, но не мог. Он поднял руки и уперся ладонями в пустоту. Заметив его, Сабола взмахнул рукой и, прочертив знак, похожий на молнию, позволил Оскару войти. Тот неуклюже ввалился, чуть не упав на Кордию.
– В общем, это кошмар, – выдохнув, проговорил Оскар, положив руки на плечи Кордии.
– Что произошло? – настороженно спросила Кордия, заглядывая брату в лицо.
– Пилар Монро захватила графиню Локк в заложницы, – протараторил Оскар и отстранился от сестры.
– Чего она хочет? – спросила Кордия, чувствуя, как холод проникает в каждую клеточку ее тела.
– Чтобы король открыл ворота, – сказал Оскар и попятился к выходу.
– А Августин? – От самого вопроса у Кордии перехватило дыхание.
Оскар мотнул головой и стал спускаться вниз. Кордия чуть помедлила, бросила взгляд на пылающий лес и стала спускаться следом.
Прижимая руку к животу, Кордия осторожно спускалась по ступенькам. Она напряженно соображала, что делать дальше. Лейф не поддастся, он не обменяет жизнь матери на открытые ворота, в этом сомнений не было. Но нужно было понять, как обезоружить Пилар. Оскар в двух словах рассказал о том, как их брат и дочка генерала сбежали. Кордия до боли закусила губу. Она понимала, что теперь, когда он на свободе, он не пощадит никого. Сабола, шедший следом, тяжело вздохнул. Вероятно, он думал о том же. Или переживал за судьбу графини Локк.
– Я нашел место, где Августин прятался, до того как пришел к тебе, – обернувшись, сказал Оскар. – И кое-что обнаружил там.
Он достал из кармана флакон из темного стекла, похожий на тот, в котором была кровавая чернявка, и довольно улыбнулся.
– Думаешь, это противоядие? – с надеждой спросила Кордия.
– Мне кажется, что да, – ответил Оскар. – Скоро проверим.
– Король знает про заложницу?
– Бальтазар пошел ему сообщить.
– А где они сейчас?
– Во дворе, у ворот. Поближе к главной цели, – с нервной усмешкой сказал Оскар. – Ты только не вмешивайся, а то я тебя знаю.
Кордия кивнула, хотя Оскар уже отвернулся и не мог этого видеть. Он начал спешить, и королева поняла, что не может двигаться так быстро. Она пропустила Саболу вперед и, дав себе передышку, снова стала спускаться.
Пилар Монро выглядела так, словно сбежала из ада. Взгляд у нее был безумный, глаза лихорадочно блестели. Из-за порванной одежды было в образе девушки что-то от базарного скомороха. Она крепко держала графиню за волосы, приставив к ее горлу кинжал.
Кордия вышла во двор одновременно с Лейфом. Их тут же окружили, прикрывая собой, Мариан, Джулиан и Бальтазар. Королева бросила взгляд на мужа, лицо которого выражало недовольство в сочетании с легкой брезгливостью. Он лишь мельком взглянул на мать и тут же напустил на себя равнодушный вид. Графиня выглядела затравленной, ее бледные губы что-то шептали, но Кордия не смогла прочесть слов. Наверное, это был какой-то заговор или заклинание. Возможно, она забыла о том, что больше не чародейка. Кордия вдруг вспомнила их короткие разговоры, когда она была в тюрьме, как слова графини поддерживали ее, не давая сойти с ума. Ей захотелось броситься к Матушке Дрю и вырвать ее из лап этой негодяйки Пилар, которой она в прошлом тайно восхищалась.
– Открой ворота, и я сохраню ей жизнь! – протрещал голос Пилар.
– Почему меня должна волновать жизнь какой-то графини? – холодно произнес Лейф.
– Можешь не притворяться: все знают, что она твоя мать! – издевательским тоном произнесла Пилар.
– Эта женщина никак не может быть моей матерью, – сказал Лейф и собрался уйти.
– Граф Локк говорит другое! – бросила ему в спину Пилар. – Он нам с генералом Монро много чего успел рассказать о ваших отношениях и твоих слабостях.