Птица нервно трепыхалась у него в руках, стараясь вырваться. Лейфу захотелось свернуть ей шею, и он едва сдержался от этого порыва: мало ли, пригодится еще. Ему срочно был нужен Дор, но герцог как сквозь землю провалился. Он вообще последние несколько часов вел себя очень странно. Впрочем, все, что происходило в крепости, сложно было назвать нормальным. Лейф вдруг вспомнил легенду о том, что эта крепость стоит на костях дракона. Или демона. Последнее казалось ему более правдивым, потому что он знал, что демоны существуют, а вот с драконами сталкиваться не приходилось. И, возможно, обладай он какой-то магической силой, воззвал бы к этим древним костям, чтобы их бывший владелец вспомнил о своем обязательстве защищать Аталаксию. Лейф чувствовал, как погружается в отчаяние, и ему это не нравилось. Это мешало думать, потому что сразу вело к мысли о том, что ничего не получится, а это само по себе уже было провалом.
Миновав узкий коридор, Лейф порадовался, что никого не встретил. Он чувствовал себя придурком, и ему не хотелось, чтобы другие о нем подумали так же. Лейф тут же напомнил себе о том, что он король и ему должно быть на это наплевать. Послышались шаги и из боковой двери показался черный силуэт. По сбитому дыханию и тяжелым шагам Лейф сразу понял, что это Дор.
– Мне не нравится искать тебя, – недовольно проговорил Лейф.
– Я разбирался с заговорщиками, – устало откликнулся Дор, опираясь на палку. – Ничего нового не добился, кроме подтверждения того, что мы уже знаем.
– В бездну заговорщиков! – мрачно сказал Лейф, приподняв птицу. – Чей это герб?
Дор чуть подался вперед и присмотрелся.
– Мой, – спокойно ответил он.
– Объяснись, – строго произнес Лейф. – Ты отправил послание, и его перехватили? Или же…
Дор вздохнул и, сделав шаг назад, прислонился к стене.
– Я ничего не отправлял, – тихо проговорил он. – Но предположу, что эта сделала особа, которой я позволил остаться в своем замке.
– И кто же эта чудесная женщина? – с издевкой спросил Лейф.
– Альба де Плессар, – помолчав, сказал Дор. – Моя бывшая невеста.
– Похоже, неумение выбирать женщин – это у нас семейное, – усмехнулся Лейф. – Альба – преступница, и ты не мог этого не знать.
– Да, я знал, но… – Дор оборвал себя на полуслове и замолчал.
– Если я скажу тебе, что ты идиот, вряд ли это откроет для тебя что-то новое. Ты ведь понимаешь, что я не смогу закрыть на это глаза? – сказал Лейф. Он знал, что может все, что угодно, но ему хотелось найти способ уничтожить Дора в любой момент, когда он перестанет быть ему нужен, и эта связь с Альбой была отличным поводом для расправы. На миг его даже охватила радость от возможности, которую ему подкинула судьба.
– Это если мы выживем, – заметил Дор. – Где ты нашел птицу?
– В библиотеке. Окно было открыто, и она там расхаживала. Полагаю, с ней хотели отправить ответ, но что-то помешало, – бодро проговорил Лейф, довольный, что не ему пришлось начинать говорить об этом.
– Значит, в библиотеке… – задумчиво проговорил Дор, потирая рукой подбородок. – Нола ведь еще жива?
– К сожалению. Видимо, спешила – не успела замести следы.
– Нола – осторожная девушка и никогда не делает ничего просто так, – сказал Дор.
– Получается, она отомстила тебе, – усмехнулся Лейф и невольно испытал гордость за свою любовницу.
– Получается, так, – сухо откликнулся Дор, и его взгляд стал суровым. Лейфа это позабавило. Ему нравилось выводить герцога на эмоции: он становился таким беззащитным. – Но меня больше волнует та информация, что она получила.
– Что ее может связывать с Альбой? Они были подругами?
– О нет, это вряд ли! Альба не умеет дружить. Но у них был общий объект ненависти, так что они могли стать союзницами. – Голос Дора звучал уверенно, но Лейф посмотрел ему в глаза и прочел в них сомнение. Похоже, он не знал, что на самом деле может связывать этих двух женщин.
– Ты о чем?
– О тебе, дорогой Дамьян, – улыбнулся Дор. Лейф нахмурился. Его раздражало, что он так мало знает о своей прежней жизни. Это то и дело приносило недоразумения, которые заставляли его нервничать.
– И твоя персона идеально вписывается в эту интригу, не так ли? – сказал Лейф, чувствуя, как по коже бежит озноб.
Дор покачал головой и улыбнулся.
– До этой осени я никогда не ненавидел своего брата, – произнес герцог.
– Всегда приятно открывать в ком-то новые чувства! – съязвил Лейф. – Или Дамьян был так хорош?