– Вовсе нет. У него было полно недостатков, и его было сложно назвать хорошим человеком.
– А ты, значит, лучше, – усмехнулся Лейф, смерив Дора презрительным взглядом.
– Нет.
В тоне герцога Лейфу послышалось сожаление. Что ж: то, что в последнее время происходило в крепости, повлияло не только на него, и это немного порадовало короля.
В коридоре показался Бальтазар. Он задержал взгляд на руках Лейфа, в которых нервно трепыхалась птица, и вопросительно взглянул на Дора.
– Ты нашел Августина и его девку? – спросил Лейф.
– Нет, для поиска нужно больше людей, – устало откликнулся Бальтазар. – И твой план, Лейф, похож на идиотизм. Зачем прятать тех, кто может помочь отбить атаку? Глупо надеяться только на чародеев.
– Он прав, – заметил Дор. – Твоя боязнь предательства может нам очень дорого стоить.
– Я знаю, – спокойно проговорил Лейф.
– Тогда какой тьмы ты творишь?! – прошипел Бальтазар. Он смотрел на короля с такой ненавистью, что тот ощутил ее физически. – Мы разобрались с заговорщиками, чего ты еще хочешь? Сдать крепость? Тогда почему бы самому не открыть касталийцам ворота?
Лейфу до смерти хотелось ударить Бальтазара, а еще больше – избить его до смерти, чтобы больше никогда не слышать его голоса и не дышать с ним одним воздухом. От глухой ярости в груди стало жарко, а руки заболели – так сильно он напряг мышцы, чтобы сдержаться.
– Оставь свои советы при себе! – зло бросил Лейф.
– Как славно, что все вы здесь! – раздался звонкий голос Мариана, и Лейф обернулся. Чародей бодрым шагом шел к ним, и на его губах сияла улыбка. Ворон с победоносным видом качался у него на плече. Неужели наконец хорошие новости?
– Что такое, Мариан? – вальяжно спросил Дор.
– Послание от короля варваров, – довольно произнес чародей, протянув Лейфу небольшой свиток. Тот опустил птицу на пол и с нетерпением выхватил его из пальцев Мариана. Подошел ближе к факелу, чтобы прочесть. Бальтазар заглянул ему через плечо, и король ощутил его дыхание на шее. Дернулся, как от ожога, и отошел в сторону.
– Ну, что там? – с волнением спросил Дор.
– Он хочет встретиться, – медленно оборачиваясь к герцогу, ответил Лейф. – У него для нас интересное предложение. Есть идеи, что это может быть?
– Ну… – протянул Дор и задумчиво поправил шляпу. – Кто ж его знает.
– Но ведь это наш шанс, да? – с надеждой произнес Лейф.
– Я бы не стал ему верить, – сказал Бальтазар. – Север непредсказуем, впрочем, как и полагается королю варваров.
– Любому королю, – усмехнулся Мариан. – Полагаю, Север захочет вернуть какие-то старые территории, которые потеряли его предки.
– Я так понимаю, они стратегически важны для нас, – осторожно проговорил Лейф. Он не знал истории Аталаксии, и это лишало его уверенности.
– Конечно, иначе зачем ему волноваться? – пожал плечами Дор. – Стервятник, чего от него ждать.
– Ты его недолюбливаешь.
– Есть за что.
– Ты уверен, что это послание именно от Севера, а не очередная ловушка? – глядя на Мариана, спросил Бальтазар.
– Послание заверено его дыханием, и печать тоже его, – сказал Мариан. – Так что… Хотя, конечно, всегда есть варианты.
– Два послания за вечер, – задумчиво проговорил Лейф. – Похоже, птицелову сегодня было не до отстрела почтовых птиц.
Повисло молчание: было слышно, как потрескивает огонь и чистит перья птица. Лейф еще раз перечитал послание короля варваров. Ему хотелось верить, что помощь рядом.
Лейф быстро шел по коридору. От собственных шагов у него гудело в ушах. Он думал о словах Бальтазара, о том, что не дает защитить крепость, изолировав ту горстку солдат, что у него осталась. Пожалуй, его маниакальный страх перед предательством и правда может дорого ему обойтись, но где взять волю, чтобы переступить через него?
– Ты, хоть и король, но все еще человек и не можешь контролировать абсолютно все, – прозвучал рядом спокойный голос Мариана.
– Какой тьмы ты лезешь ко мне в голову? – сквозь зубы процедил Лейф, останавливаясь.
– Ты слишком громко думаешь, – равнодушно ответил Мариан, подставляя ворону руку. Тот с удовольствие взмахнул крыльями и вцепился когтями в дорогую ткань бордовую камзола.
– Может быть, ты знаешь что-то, чего не знаю я? – откидывая назад волосы, спросил Лейф. – Что тебе нашептал шар возможностей?
Мариан внимательно посмотрел на короля. Правый глаз чародея из голубого стал зеленым, а потом желтым. Лейф, хоть и знал эту особенность, все равно внутренне содрогался, когда это видел.
– Если ты не перестанешь быть трусом, то все потеряешь, – сказал Мариан. – А побеждает только тот, кто не боится потерять.