Я подняла заплаканное лицо:
– Нет, не сможем. Я почти ничего не помню. Единичных обрывочных воспоминаний недостаточно для возврата чувств. Ты для меня чужой человек, понимаешь? Да и я уже совсем не та девочка, с которой ты встречался. У меня даже имя теперь другое. Альбина…
– Какая еще Альбина, Рина? – зрачки его глаз сначала расширились до максимального размера, а потом резко сузились, уголки губ слегка опустились вниз, а на лице отчетливо отразилась вся палитра испытываемых чувств. Жалость в пересмешку с сочувствием, плавно перетекающие в реальную обеспокоенность моим психическим состоянием.
Он накрыл ладонью мою руку и медленно произнес:
– Рина, нет никакой Альбины. Тебя зовут Марина…
– Так, все. Прекрати разговаривать со мной, как с умалишенной, – я с раздражением выдернула руку, порылась в сумочке, достала паспорт и бросила на стол. – Открой и посмотри. Я не сумасшедшая! Сколько раз тебе повторять. Просто кто-то очень хочет, чтобы я таковой стала.
Он покивал головой.
– Да, да, Рина, я понимаю. Ничего не бойся! Мы вместе справимся с трудностями. Второй раз я тебя не брошу. Я вернулся и…
– Игорь! – Я хлопнула по столу так, что он от неожиданности подпрыгнул на стуле. – Прекрати нести чушь. Теперь ты ненормального напоминаешь. Сделай уже, что я прошу.
– Хорошо! Хорошо!
Он примирительно поднял вверх руки, затем взял паспорт, открыл и в недоумении потер глаза. А я с облегчением выдохнула. Наконец-то он понял, что я не фантазирую.
Удивление быстро сменилось напряженностью, и Игорь громко выдал весьма логичное:
– Что за хрень!
Потом помотал головой, вновь посмотрел в паспорт и, убедившись, что ничего не изменилось, медленно отложил его в сторону.
– Ничего не понимаю, Рина. Какая еще Альбина? Кому и зачем понадобилось менять тебе имя, фамилию, внешность? Ты себя видела на этом фото? При всем желании тебя не узнаешь. Хотя фамилию ты добровольно поменяла, – продолжал рассуждать тем временем Игорь. – Или добровольно-принудительно?
В его глазах мелькнула надежда. Он немного наклонился вперед и с тоской взглянул на меня.
– Добровольно, добровольно… Наверное.
Я вздохнула и задумчиво посмотрела в окно. Я уже и в себе сомневалась, так все запуталось в моей жизни.
– Как это, Рина? Замуж обычно выходят либо по любви, либо по расчету? И я глубоко сомневаюсь, что по расчету – это твоя история.
Я утвердительно кивнула.
– Да, ты прав. Не по расчету – это точно.
– Тогда, что ты имеешь в виду?
Он вопросительно выгнул брови в ожидании объяснения, но я не собиралась рассказывать ему всю свою жизнь после аварии и умозаключения на этот счет.
– Если бы я знала, то обязательно поделилась с тобой. Но я почти ничего не помню и не понимаю, что происходит. – Ушла от ответа я. И сразу же сменила тему. – Расскажи лучше, как ты меня нашел? И с какой целью?
– Мы с семьей вернулись на родину неделю назад. В Чехии бизнес налажен, а в России ухудшились показатели, и отец принял решение о возвращении. Ненадолго, месяца на два, как раз на мои каникулы. Я не верил своему счастью. Ведь все это время безумно тосковал по тебе, Рина. Я искал тебя в социальных сетях. Даже звонил Вячеславу Борисовичу, но он сменил номер телефона, так же, как и ты. Пытался через общих знакомых узнать твои контакты, но никто ничего не знал. На районе после аварии тебя не видели, на связь ты не с кем не выходила. Ты просто пропала, исчезла, испарилась. Словно тебя и не было… Но я не мог тебя забыть. Ты мне снилась, Рина, часто, очень часто.
Он снова протянул мне ладонь через стол и с мольбой взглянул в глаза. Я же в ответ откинулась на спинку стула и сложила руки на груди.
– Тебя просто мучила совесть. Только и всего. Не преувеличивай. Никогда не поверю, что ты пять лет хранил мне верность.
Он печально вздохнул, медленно убрал руку, глотнул кофе и продолжил:
– Нет, конечно. У меня было много девушек, врать не буду.
Я ухмыльнулась.
– Что и следовало доказать.
В ответ на эту реплику Игорь так посмотрел на меня, что улыбка мгновенно сползла с лица, а по телу пробежала крупная неприятная дрожь. Внезапно стало страшно.
Я же совсем не знала мужчину, сидящего напротив. Мало что о нем помнила и не представляла, чем он занимался все эти пять лет. А может он наркоман со стажем, и ему нужны только деньги от меня. Кто знает?
Но его взгляд потеплел, и я отбросила сомнения. Выбора у меня все равно не было. Он являлся единственной ниточкой, связывающей с прошлым.
– Но это нормально, Рина. Мне только исполнилось восемнадцать. Я хотел начать жизнь с чистого листа. И все для этого делал. Но знаешь, как я ни старался нормальных отношений не получалось. Во время секса видел тебя, в снах видел тебя, в каждом лице этих девчонок видел тебя. Ты заполонила мою душу. Родители не понимали, что со мной происходит. Мать кричал, что ты меня приворожила. Даже к экстрасенсу водила. Нашла русского в Чехии. Но ничего не поменялось. Все пять лет я грезил лишь тобой. Когда отец сообщил о вынужденной поездке в Россию, я настоял на том, чтобы они взяли меня с собой. Родители согласились. Они устали бороться с моей любовью к тебе. Как только выдалась возможность, я сразу же поехал в клинику. Надеялся, что ты там работаешь и не ошибся. Увидел тебя на ресепшене, хотел подойти, но меня опередил какой-то хлыщ отутюженный. Поцеловал тебя мимоходом и потрепал за щеку, как собачонку.