Весна никак не наступала. Даже в середине апреля холодно, снег еще не растаял. А он писал, что следующие пять дней не сможет общаться, потому что уезжает в Малайзию, оттуда – в Бали и, наконец, обратно в Восточный Тимор, в Дили и еще тринадцать районов, где нет интернета. «Но я попытаюсь найти возможность написать, пока буду в Малайзии и в Индонезии». Она расстроилась: целых пять дней не получит от него письма, и мысль о том, что в пост надо думать о другом, слабо утешала. Взялись рьяно, рвения хватило недели на три-четыре. А пятая и шестая прошли так ужасно, что лучше не вспоминать. Если бы он сказал точно, что пять дней писем не будет – можно вообще не включать компьютер и не ждать. Но все-таки возможность есть...
«Вчера в Бангладеш был шторм, который случается каждый апрель. Много деревьев поломало, кабели порвало. С прошлого вечера Дакка осталась без широкополосного интернета. Я сделал все возможное, чтобы починить его как можно скорее, используя служебное положение. Вместе с подчиненными расчищал дороги и соединял провода. Мэр города и другие власти спрашивали, почему я так завелся. Они не знали, что я жду твоего письма.
Моя любовь, я напишу тебе длинное письмо завтра, а сейчас скажу только, что после прочтения твоего послания я стал самым счастливым человеком в Бангладеш. Будь артериальным конусом моего сердца, а я буду твоим окном во внешний мир. Ты сможешь увидеть его моими глазами, а я смогу вновь полюбить человечество твоим сердцем».
Суббота. Мэл не хотела лезть в интернет до уроков, зная, что если найдет письмо, оно будет долгим и потребует внимания. Но появилась сестра и полезла в «Фейсбук». Мэл пила кофе на кухне и думала, если успеет, проверит почту сейчас. Письмо называлось «Послание с неба». Дочитать не успела и оставила страницу открытой. После первого урока выяснилось, что второго не будет, и день в полном ее распоряжении. Она сразу кинулась дочитывать послание, потом есть и собираться. Преступление сидеть в душной комнате в такую погоду! Когда весточка получена, ничего не держит.
«Я назвал письмо так в ответ на твои слова:
«Думаю, те, кто открыл сердце раз, легко делают это снова, хотя и зарекались навсегда закрыться и быть осторожными. Я забыла все заветы и готова без страха открывать сердце снова и снова. И это так приятно, когда кто-то в состоянии оценить!»
В моей душе горы дерьма из прошлого, но с твоим появлением началась новая жизнь. Открывая свое сердце, ты открываешь передо мной новый горизонт, и я даю тебе слово, что даже пылью лжи не замараю это небо».
Так хотелось поверить! Она собирала в рюкзак плавательные принадлежности со скоростью сверхзвукового самолета (это выражение она позаимствовала у него). Впрыгнула в черные джинсы, натянула черную футболку, черные сапоги (уже весенние), на ходу застегивая куртку, взвалила рюкзак на плечи.
- Пожалуйста, поприветствуйте, группа «Поркьюпайн три»! – раздалось в наушниках, и под воодушевленное гудение зала она поскакала на остановку.
- Вообще-то я один, - скромно поправил Стив Уилсон, и всеобщий смех утонул в первом гитарном аккорде.
Она полутанцуя-полуподпрыгивая обегала ямы, почти не касаясь земли. Вспомнилось совсем не то, что играло. При всей любви к Уилсону, но не сейчас…
Забившись в маршрутку, нашла в плеере альбом «Шакры», который месяц назад рецензировала, хотя послушала фоном только раз и не до конца. Слишком он весенний, бодрый, искрометный. Так и хочется не просто бежать навстречу солнцу, а лететь! Тогда это состояние было непонятно, но она знала, что скоро наступит весна, и альбом дождется своего часа - даже предусмотрительно скинула его на флешку. Вот и дождался.
Как ты можешь причинить мне боль? Ты далеко, и я тебя никогда не увижу. Но приятно, что ты понимаешь меня и думаешь обо мне, приятно быть важной для тебя. Быть твоим ангелом, быть для тебя красивой, знать, что ты ценишь мой ум, а не боишься его. Знать, что каждая моя мысль для тебя важна и что ждешь новых, еще важнее. Быть осторожной, чтобы и тебе не причинить боли, в чем я, как видно, уже преуспела. Просто знать, что есть кто-то, способный принять тебя такой, как есть, и даже любить за это. Пусть в каком-то Бангладеше, формальный мусульманин, смуглый и коренастый, небольшого роста, с выпадающими волосами. Подполковник полиции ООН! Да мне ведь все равно, кем бы ты ни был. Никогда не думала о таком… жизнь намного веселей, чем можно представить…