Я не понимала, чего оно требовало, но чувствовала, что это какое-то непотребство и, постаравшись отогнать непрошенные мысли и чувства, я села за стол и постаралась привлечь внимание хозяина дома, приветствием. Я надеялась на то, что он сейчас повернётся ко мне лицом, я увижу его небритую и вечно-недовольную физиономию, и моё странное влечение к этому мужчине тот же час испарится, сменившись пренебрежением и брезгливостью. Но не тут-то было.
Едва ли я пожелала ему доброго утра, как он резко повернулся, поприветствовав меня в ответ, а я просто обомлела. Моё сердце забилось чаще, дыхание остановилось, а низ живота стал медленно скручиваться в тугой узел. Я не могла поверить, в то, что я видела. Передо мной стоял эталон мужской красоты, как минимум именно таким я и представляла своего идеального мужчину, но не верила, что он где-то может существовать. Я говорила, что моя челюсть отвалится, если я увижу полностью обнажённого мужчину? Как оказалось, я переоценила себя и недооценила достоинств хозяина этого дома. Передо мной стоял высокий широкоплечий мужчина, с хорошо развитой мускулатурой и кубиками пресса на животе. И что меня удивило больше всего – так это его преображение на лице. Больше не было угрюмого и вечно-недовольного лесника. Передо мной стоял, улыбаясь лучезарной улыбкой, красивый молодой человек, с искрящимися глазами и белозубой улыбкой. А отсутствие лишней растительности на лице только придавало красоты его слегка грубым чертам, которые не до конца сгладились под воздействием его лучезарной улыбки. Это был всё тот же лесник, но уже и не совсем он. Казалось, будто бы его подменили за ночь. И зачем он только сбрил бороду и слегка укоротил волосы? Разве он не понимает, что подобным поступком провоцирует тайные желания одной молодой особы? Или он этого и добивается?
Кажется, моя челюсть всё же отвисла, так как Вадим очень странно на меня посмотрел и спросил:
- Фаина, с тобой всё в порядке? У тебя очень странный и пугающий взгляд, будто бы собираешься съесть меня, а не приготовленные мною оладьи.
Вадим хоть и хотел казаться серьёзным, но было видно, что он насмехается надо мной. Что же касается оладий, которые он в тот момент держал в своих руках на тарелочке, то я их даже не заметила. И если бы он не сказал мне о них, то и дальше бы их не видела. Зато теперь понятно, что именно он готовил. Оладьи хоть и выглядели аппетитными, но почему-то сразу же отошли на второй план, а меня всё ещё нервировал и интриговал стоящий передо мной полураздетый мужчина. До сегодняшнего дня я даже не представляла, что настолько сильно изголодалась по мужскому телу. Хотя раньше мужчины у меня не было, но я и не испытывала потребности в его наличии. Никто прежде настолько сильно меня не волновал. Почему же я так реагирую на Вадима? Объяснения я найти не могла, а единственное предположение, которое настырно лезло в голову, я всеми силами гнала прочь.
- Всё в порядке, - наконец спохватилась я, вспомнив о заданном мне вопросе. – Просто такие ароматы витают по кухне, - я даже втянула носом поглубже воздух, показывая насколько сильно впечатлилась приятными запахами, - что невольно закружилась голова и стало труднее дышать. К тому же я со вчерашнего дня практически ничего не ела, а едва ли увидела такие аппетитные и вкусные.., - не знаю, что хотела сказать, но всё же сказала – «оладьи», - что просто не смогла сдержать восторженного взгляда.
Меня аж бросило в пот от подобных откровений, и я обмахнула себя рукой, словно веером, и тяжелее задышала. Вадим почему-то улыбнулся мне в ответ, сказав, что он так и подумал, и сев за стол, поставил передо мной тарелку ароматных оладий, приправленных золотистым мёдом.