Права была моя мама, когда говорила, что я сначала делаю, а потом только начинаю думать. Правда, раньше я никогда не осознавала всей масштабности этой проблемы. А вот теперь осознала сполна. И почему я не подумала о последствиях своей глупой затеи? Сама себя вогнала в ловушку, и на что только надеялась? А я ведь могла подумать, что Вадим может сегодня не прийти, а может и вовсе больше не захотеть меня видеть и слышать. Быть может, он уже знает, что я в западне, но не торопится прийти мне на помощь. Из вредности или же из мести – не важно. Главное сам факт его неучастия. А ведь всё может быть.
Пока я пребывала в своих печальных размышлениях, я не заметила, как паутина дрогнула и прогнулась, а на моё лицо набежала огромная тень, и прямо передо мной возник он – паук. От неожиданности, я даже испугалась подобного появления, но вскоре моё лицо засияло от счастья, и улыбка появилась на лице. Он радости я даже потеряла дар речи и напрочь забыла обо всём, что хотела сказать. Я улыбалась, как глупая дурочка, наконец-то обреддшая своё счастье.
Вадим не стал долго томить меня своим устрашающим обликом. В мгновение ока он сменил его на человеческий и передо мной предстал любимый мужчина в паучьем балахоне до колен. Только в отличие от меня, Вадим явно был не настолько счастлив меня видеть.
Об этом говорило всё: его хмурый взгляд, слегка перекошенное лицо, некая отчуждённость во всём его виде, и даже голос выдавал его недовольство:
- Фаина, что ты здесь делаешь? Мне казалось, что наши пути уже никогда не пересекутся. Я ведь тебя отпустил, хотя и не хотел этого делать.
Не знаю, что подразумевал Вадим под последней фразой – то ли он не хотел меня отпускать, потому что любил, то ли потому что хотел убить, для меня это было не важно. Я хотела быть с ним сейчас и всегда и это единственное, что меня сейчас волновало. Он здесь, он рядом, и у нас всё ещё может хорошо сложиться. Нужно лишь нам объясниться, понять и простить друг друга.
- Зачем ты вернулась, Фаина? Почему не уехала в город? Зачем мучаешь меня и провоцируешь? Я пытаюсь тебя забыть, но ты сама не позволяешь мне этого сделать. Ты хотела получить моё прощение? Полагаю, за этим и пришла? Что ж, я тебя прощаю. Надеюсь, и ты меня простишь за всё плохое, что я сделал тебе. А теперь уходи и никогда больше не возвращайся.
- Вадим, нам нужно с тобой поговорить, - больше не давая ему ничего сказать, выпалила я. - Я должна всё объяснить тебе. Я была неправа и поступила просто ужасно. Хотя и ты далеко не ангел, что уж греха таить, каждый из нас совершил ошибки в прошлом, но мы можем постараться не допустить их в будущем. И начать нужно прямо сейчас.
Я в ожидании посмотрела на Вадима, но по его непроницаемому выражению лица ничего невозможно было понять. Ни одна эмоция не проскочила на его лице, и он оставался всё таким же мрачным и нелюдимым.
- Вадим, я люблю тебя. Я решила, что ты должен это знать. Я полюбила тебя уже очень давно и также давно я пыталась опровергать это чувство, но в итоге, я поняла, что глупо бежать от самой себя и от своей любви. Я поняла это, когда потеряла тебя, а когда увидела тебя живым и невредимым, то я просто была на седьмом небе от счастья. Ты даже не представляешь, какое облегчение я тогда почувствовала и какую радость. Однако в тот момент не смогла показать тебе всей её глубины. Я очень благодарна и признательна тебе за всё, что ты сделал для меня. Хотя впредь, я бы очень хотела, чтобы ты изменил своим кровавым привычкам и придумал нечто более гуманное.
Вадим усмехнулся одним уголком его губ и заметно расслабился. Я решила. Что это хороший знак и поспешила продолжить:
- Как понимаю, это ты избавился от тех негодяев, которые загнали меня в лес. Той ночью, когда мой брат хотел меня убить, было всего двое из пяти бандитов.
- Да, это сделал я, - не стал отрицать Вадим. – До остальных просто не успел добраться. Эта шайка давно терроризирует не только приезжих, но и местных жителей. Хотя раньше они не опускались до убийств. Ограничивались лишь грабежами и мелкими пакостями. Но с тобой, они перешли все мыслимые границы. Теперь ты знаешь правду о них. Можешь презирать меня, если хочешь.