— Ничего не добились? — продолжила она.
На этот раз ресс мотнул головой отрицательно.
— Значит, ничего вы не знали. Берег вас начальник. А если бы знали?
— Но должен был найтись выход! — взорвался Ретен.
— Он и нашелся. Причем, как выяснилось, самый надежный.
— Да уж. Вот это точно в голову бы никому не пришло.
— Так и не приходило. Пока ее не убили. — снова вмешался Пепел.
— Как? Как это произошло?
— Лаис, расскажешь ему? — повернулся Пепел к девушке.
— Куда ж я денусь? — согласилась она. — Но потом мы закончим этот разговор. По крайне мере на сегодня — светает уже. Дари, пока я рассказываю, шуруй отмывать с себя копоть. Вряд ли те подробности, которые я буду сейчас повторять, нужны тебе дважды в день. А потом я покажу вам чердак. Там вроде было какое-то мебельное старье, так что стряхнете пыль и переночуете, а завтра посмотрим. И освободите, наконец, мою ванну! Я тоже сегодня закоптилась, если кто вдруг забыл.
Глава шестая
Утром, едва проснувшись, оба новых знакомца тут же спустились с гостеприимного чердака и, вежливо стукнув в косяк, прошли со стороны черного хода в кухню, но при этом нетерпеливо поглядывая на дверь ванной. Именно там были и все остальные удобства, сейчас им весьма необходимые. Лаис, хотя и не ждала их так рано, понимающе хмыкнула и посторонилась, давая пройти. Она сама из нее только что вышла, поправляя полотенце на мокрых волосах и стараясь, чтобы полы плотного шелкового халата при этом никуда не разошлись, а тем более не разбежались. Ретен от такого зрелища нервно сглотнул и, коротко поклонившись вместо приветствия, первым рванул туда, оттеснив Дари. Тот заржал и присел возле стола дожидаться своей очереди.
Лаис размотала полотенце, устроилась перед небольшим зеркалом возле кровати и принялась искать расческу. За это время дверь ванной дважды хлопнула, выпуская Ретена и пропуская туда Дари, на что она почти не обратила внимания, занятая поисками. Как и на звук заскрипевшего под тяжестью тяжелого тела стула. Найдя злополучную пропажу, Лаисса, наконец, основательно умостилась на мягкий табурет и начала расчесывать потемневшие от воды пряди. А пару минут спустя поймала в отражении пристальный взгляд Ретена, не сводившего с нее глаз. Уши опять предательски покраснели. Молчание в комнате вдруг стало тяжелым и каким-то тягучим, но прекратить эти странные гляделки через стекло девушка почему-то не могла.
До тех пор, пока не вернулся Пепел, сломавший напряжение. Уже с порога он увидел как Лаис отвела, наконец, взгляд от зеркала, тряхнула головой и резко провела расческой по волосам. Слишком резко — скользкий шелк все-таки чуток разъехался. Мужчина выдохнул сквозь зубы.
Дари сделал пару шагов, ненавязчиво перекрывая Ретену поле зрения и при этом не сводя с него глаз:
— Сестричка, — он положил руку ей на плечо и слегка сжал пальцы, — лучше не дразнись так, если… не хочешь. Поверь моему опыту бордельного жителя, он слишком давно не кормлен, чтобы сдерживаться. Или это у него из-за тебя крышу совсем рвет. В общем, я предупредил.
— Поняла, — глухо отозвалась Лаис, опять не отводя взгляд от Ретена и при этом на ощупь, не слишком ловко, пытаясь прикрыть вырез.
— Дари, иди… погуляй немного, — изменившимся голосом попросил… нет, приказал Ретен. И тот, верно оценив ситуацию, ужом выскользнул в кухню, громыхнул засовом черного хода и захлопнул за собой дверь.
Х-ха! Можно подумать, он не у мамы Луры вырос. И не знает, что там сейчас происходит. Наверняка, прям как в книжках, что иногда валялись на диванах в заведении, открытые на о-очень занимательных картинках.
Вот он поднимается из-за стола и начинает приближаться к ней шаг за шагом, гипнотизируя тяжелым от неуемного желания взглядом. Она неуверенно отступает перед этой властной мощью, пока не почувствует спиной стену. Он руками упирается в эту стену с двух сторон, лишая ее даже иллюзии выбора… склоняется к ее лицу… она, в ответ, трепещет ресницами и нервно проводит кончиком языка по губам, от чего его дыхание становится совсем тяжелым, а руки, наконец оставив стену в покое, обхватывают ее талию и становятся все настойчивей…
Звяк!
Пощечину было слышно даже из-за двери. Похоже, что-то там все же пошло не так. Ну да ничего. С первого раза получается далеко не у всех, это Пепел тоже знал. Поэтому усмехнулся и учесал подальше на чердак. На всякий случай. Чтобы заодно не перепало и ему.
Ретен пришел туда пару минут спустя. Уселся рядом. Помолчал.
— Дари, — голос у него звучал устало, — может хоть ты знаешь, что я сделал не так? Исходя из своего богатого опыта бордельного жителя? Я же видел, она тоже… Н-да.
— Тебя что, никогда раньше не обламывали? — непритворно удивился мальчишка.
— Вот чтобы так — нет.
— А, понимаю. Краса и гордость всего и вся. Бывает, чо уж, — откликнулся Пепел. — Но это хорошо, что ты не стал настаивать.
— Да что ж я, подонок? — Ретен даже не оскорбился из-за безмерного удивления.
— Вот именно. Так что сильно ты не облажался. Просто… дай ей время, что ли? И… воздух. Сдается, для Лаис второе даже поважней будет.
— Думаешь? — Ретен помолчал еще немного, а потом спросил: — Так сейчас мне уйти?
— Ни в коем разе! — оживился Пепел, — Сиди спокойно. Сейчас прочухается, поймет, что сама виновата и явиться как ни в чем не бывало. Она ж не дура.
— Не дура, — согласились с ним.
— Так что пусть осознает чего лишилась. А мы пока отдохнем. Чую, денек сегодня опять тот еще будет, — он с наслаждением откинулся на спинку ободранного колченогого диванчика, явного видавшего прошлый век, и тут же чихнул из-за облачка поднявшейся от него пыли. — Вот только бы еще пожрать чего…
Ретен философски пожал плечом, достал из кармана складной нож, развернул со звонким щелчком и принялся отвлекать себя привычно и не спеша ровняя ногти.
Пепел, явно собравшийся едко пройтись по этому поводу, вдруг передумал и подсел поближе:
— А ваши недостриженные ногти на мизинцах… это у вас в Шант Эли знак такой, да? Для своих?
— Что-то типа того, — ответили ему.
— А чего ж так простенько? Я вот, например, тоже могу…
— Не советую, — равнодушно отозвался Ретен. — Риск не оправдан.
— Почему?
— Если кто из наших узнает — вырвут с корнем. Или с пальцем.
— Да ладно, — не поверил Пепел. — За что?
— За попытку казаться тем, кем не являешься.
— Н-да… Что-то вы сурово.
— Нормально, — отрезал Ретен складывая и убирая нож, потому, что услышал приближающиеся шаги.
На осознание Лаис потребовалось даже меньше получаса, после чего она явилась на чердак действительно как ни в чем не бывало, осторожно подбирая юбки плотного серо-зеленого платья, застегнутого по самое горло.
— Идемте вниз, я там яйца поджарила. С хлебом. Больше все равно ничего нет. Заодно решим, что делать будем.
— Благодарим, леди, — очень ровно, под пристальным взглядом Пепла откликнулся Ретен. — Это будет весьма кстати.
— И заканчивайте звать меня леди, все равно с вашими интригами уже не успею к такому привыкнуть — прибьют раньше. Просто Лаис, пожалуйста. Этого достаточно.
— И ты не вздумай называть его рессом, — подключился к беседе Пепел. — Просто Ретен. Так?