Спасибо привычке оставлять ключи от машины в самой машине. Она размазывала по лицу слезы вперемешку с чужой кровью и старалась попасть ключом в нужное отверстие, и быстрее завести автомобиль. Но руки тряслись с такой силой, что даже не могла удержать связку ключей в руке. Ей пришлось вначале нащупать пальцем место, куда вставляется ключ. Наконец мотор тихо заревел и она, вдавив педаль газа в пол, тронулась с места. Машина остановилась у высокого здания, которое было ей знакомо слишком хорошо. Сантана даже не задумалась о том, чтобы закрыть машину или заглушить мотор, она просто выбежала из неё, помчавшись в здание. Там она едва дождалась лифта, и пока он доедет до нужного этажа. Она буквально чуть не сошла с ума, в ожидании заветного звонка, метясь от стены к стене. Двери не успели толком разъехаться, как она уже выбежала из кабины и колотила ладонями о тяжелую дверь. Она молила, чтобы дверь открыли. Казалось, прошло несколько часов прежде, чем она распахнулась.
— Клея? — нахмурился Дерек, рассматривая окровавленное лицо девушки, — Что ты тут делаешь?
Она кинулась к нему, вцепившись руками в его кофту. Клея говорила быстро, с прерывистыми всхлипами, и Хейл понимал ее через слово.
— Я тебя не понимаю, — говорит он, поглаживая ее по плечам, стараясь успокоить.
Девушка вдруг замирает и разжимает одну ладонь, осматривая окровавленные пальцы. Ее туманный взгляд медленно проскользил по ним, поднимаясь к лицу мужчины. Веки быстро закрываются, слабость разливается по телу, и она почти бы упала, если бы Дерек не успел подхватить ее.
Подушки такие мягкие, будто сделаны из облаков. Они аккуратно держат голову, не желая ее ухода. Простыни как утренняя трава, только-только сбросившая росу. Одеяло прижимает своей невесомой легкостью, с ним тепло и уютно, и совсем не хочется расставаться. Клея зарывается глубже в одеяло, накрывается с головой и чувствует, как от подушки вкусно пахнет. Пахнет мужским одеколоном, сразу вспоминается, как она выбирала его в магазине. Она провела тогда там около двух часов, выбирая самый вкусный запах. Неужели ее подушка до сих пор им пахнет, даже после стирки? Сантана трет глаза и выглядывает из-под одеяла. В комнату светит солнце через большое окно, которого в ее квартире нет. Она поворачивает голову, в кресле рядом с кроватью сидит Дерек. Он чуть вскинул брови, поймав ее взгляд.
— Какого черта?! — вскрикнула Клея, подскакивая с кровати. Ее ноги запутались в одеяле, и она жестко шлепнулась на пол. Послышался сдавленный смешок Дерека.
— Ты сама сюда пришла, — напоминает он.
Клея зацепилась взглядом за потолок, и в голове проскальзывали картины из больнице. Она подняла свою ладонь, рассматривая пальцы, что были в крови, сейчас на них не осталось и капли. Дерек поднялся с места и подошел к ней. Снизу вверх он казался огромным, даже больше, чем тот санитар-оборотень.
— Ты в порядке? — спрашивает он.
Девушка кивнула и быстро отползла к стене, облокотившись на нее. Дерек недовольно кривится, но выбирает молчать об этом, садится на край кровати напротив Клеи.
— Что произошло?
Она только коротко посмотрела на него, понимая, что придется рассказать абсолютно все.
— Ты принимала что-либо? — сердито говорит Хейл.
— Нет, — брезгливо морщится девушка.
— Чья была кровь?
— Я не знаю, как его зовут. Не успела спросить, — она неожиданно почувствовала прилив злости и от этого она смотрела прямо в глаза мужчины, продолжая — Потому что он держал меня за горло своими когтями.
— Когтями? — Дерек чуть подался вперед.
— Да, когтями. Он такой же как ты, даже глаза такого же цвета. Вы, наверное, родственники.
— Цвет глаз не от этого зависит.
— Ох, прости, что я не разбираюсь, — прикрикнула девушка, отвернувшись в сторону.
— Расскажи все по порядку. Где ты его встретила? Что произошло, что ты вся в его крови?
Она мнется, не хочет говорить. Нельзя рассказать одно, а про другое забыть, он все равно будет задавать вопросы.
— Я была в больнице, — начала она, — Хотела сделать аборт.
Клее не нужно смотреть на него, чтобы узнать, как расширяются его глаза. Как он набирает воздух, чтобы не сорваться.
Дерек ходит по комнате семимильными шагами. Всегда спокойный и сдержанный Хейл сейчас запустил стул в стену, и тот разлетелся вдребезги. Он быстро подошел к Клее, указывая на нее пальцем, порываясь что-то сказать, что-то наполненное гневом. Но вместо этого он сжимает руку в кулак, отходит к другой стене и бьет по ней, оставляя дыру. Он не понимает как, после всего что было у них, она так просто сама принимает такие решения? Он вспоминает их разговор о детях, они оба были не против. Хейл возвращается к ней и садится на корточки рядом.