– Странно… – я смотрела на следователя, ожидая его объяснений.
– Вот и я думаю, странно… – согласился он. – Бывают, конечно, совпадения. Может, девушке захотелось в Мумбае отдохнуть. Но нет. Ее потянуло поближе к Гребневу. Марта заказала трансфер из мумбайского аэропорта до Гоа. А вернулась назад уже после гибели Гребнева. Третьего декабря.
– Значит, она была в те дни рядом с нами? Но где? Я ее не видела…
– Выходит, незримо присутствовала, что тем более подозрительно.
Похоже, Рикемчук сегодня пребывал в хорошем расположении духа.
– А вы ее допрашивали? Как она это объясняет?
– Нет, с ней я еще не разговаривал. Потому и вызвал вас. Хорошо у вас с Пышкиным получилось. Может, и с Мартой побеседуете?
– Я не против. Но станет ли она со мной откровенничать? – засомневалась я. – Паше скрывать было нечего, а о ее таинственном вояже, похоже, никто не знал. Может, лучше ее официально допросить?
– Не хочется пугать девушку, – Рикемчук был само благодушие. – Повестки, показания… А вдруг она ни при чем.
– Что значит, «ни при чем»? Зачем же она туда приезжала?
– Всякое бывает… Так поможете? Вы же ведете журналистское расследование. Вот вам мой новогодний подарок – неожиданная информация.
– Да уж… Своеобразные у вас дары.
– Чем богаты… – развел он руками. – Ну, не буду задерживать. Еще раз с Новым годом. А после праздников встретимся. Вы ведь скоро снова к матери Гребнева пойдете?
– Да. Десятого января – сорок дней. Думаю, Марта там будет.
– Вот и поговорите.
– До свидания, Вячеслав Иванович. Счастливых вам праздников.
– Угу…
Он уже уткнулся в свои бумаги. Даже до двери не проводил. Сухарь!
Я вышла из кабинета Рикемчука в недоумении. Надо же! Марта была на Гоа в одно время с нами. Для чего? И эта ее уверенность, что с Еремой там непременно что-то случится. Неужели она… Отомстить за разрыв решила? Федра, блин. Ну, дела!
За два месяца до…
После возвращения в Москву Вера сразу же помчалась в офис. Отчиталась за командировку, отдала секретарю расписку Ирины за переданные документы, счет за гостиницу, авиабилеты. Сидя в приемной, украдкой поглядывала на дверь кабинета и прислушивалась – там он? Но его не было. Секретарь, передавая ей конверт с зарплатой, попросила зайти через три дня – Валерий Леонидович должен вернуться из командировки.
За эти три дня Вера потратила почти все полученные деньги. Погасила набежавшую задолженность за коммунальные услуги. Купила мобильный телефон – не хуже, чем у других. Постриглась в модном салоне. Приоделась в приличном шопе, где никто не цыкает, как на барахолке: «Хорош товар лапать!»
В бутиках девушки порхали вокруг нее, как нежные бабочки. Можно было перемерить все, что лежит, висит и стоит. Вера купила яркий укороченный свитер – примерно такой, как на Ире, джинсы «на бедрах», духи J`Ose – не самый модный парфюм, но давно о таких мечтала.
Спустя три дня снова наведалась в офис. Куратор сразу вызвал ее к себе.
– Я все знаю, Верочка… – заглянул ей в глаза Валерий Леонидович.
Вера потупилась: «Как он деликатен…»
– Вы хорошо себя чувствуете?
– Хорошо…
– Деньги получили? – спросил, точно намекая.
– Да…
– Вот и прекрасно, – задумчиво посмотрел он на нее, как будто не зная, как перейти к главному. Вера напряглась.
– Что же нам делать-то, Верочка?
Ей показалось, шеф спрашивает не ее, а себя, поэтому промолчала.
– Вы не жалеете, что пришли к нам?
Девушка энергично покачала головой. Неужели он не видит?
– Я не буду напоминать условия контракта, – посерьезнел Валерий Леонидович, – все его пункты остаются неизменными для наших сотрудниц. Вы меня понимаете? Я тут получил о вас лестные отзывы…
«Ирина, наверное, постаралась», – благодарно подумала Вера.
– Вами довольны, но… – он сделал многозначительную паузу, – боюсь, нам придется расстаться.
Сердце у Веры упало. «Нет, только не это!» Она подняла на него умоляющие глаза, с трудом выдавила:
– Почему?
– Ваше здоровье, Верочка, для меня важнее самых важных дел. – Его дежурный каламбур показался ей слаще высоких «звуков и молитв».