Сначала я просто стою, не в силах сдвинуться с места, ошеломленная неожиданностью свободы и ужасом от одиночества. Руки дрожат, зубы стучат от холода. Куда бежать? Я не знаю дороги, не знаю, что меня ждет за этим забором, за пределами владений Дикаря.
Но из двух зол я выбираю, как мне сейчас кажется, меньшее и ступаю навстречу бесконечному темному лесу.
Страх быть пойманной заставляет меня двигаться. Я начинаю бежать, бежать почти наугад, пробираясь сквозь кусты, спотыкаясь о корни деревьев, царапая руки и ноги. Я чувствую, как под ногами хрустят сухие листья, как ветки цепляются за одежду. Темнота — моя единственная спутница.
В какой-то момент — я слышу звук, который разрывает тишину ночи, пробирает до самых костей. Это что, волчий вой?
Звучит так близко, пронзительно, звук, полный дикой, необузданной мощи. Он заставляет меня остановиться, застыть на месте, напрячь все чувства.
Неужели здесь водятся волки?!
Что за чертовщина?
Парализующий страх сжимает мое сердце, отнимая воздух из легких. Вой повторяется, становится ближе. Я чувствую себя маленькой, беспомощной, совершенно беззащитной перед лицом хищника, чьи шаги раздаются за спиной.
Я бегу изо всех оставшихся в моем теле сил, бегу без оглядки, не зная куда, с единственной мыслью — убежать, спастись. Холод, тьма и этот страшный, приближающийся вой — они сливаются воедино, становясь реальной и всепоглощающей угрозой. Из моего горла сам собой вырывается крик:
— Помогите! Кто-нибудь!
Сейчас я остро осознаю, что хочу, чтобы Дикарь оказался рядом. Может, я вовсе и не хотела от него уходить?
Собственные мысли пугают меня: как я могла хотеть быть рядом с этим монстром?
Ноги уже не слушаются, тело ломит от холода и напряжения. Дыхание сбивается, в горле першит, кажется, что легкие вот-вот разорвутся. Я спотыкаюсь, падаю, царапая лицо и руки о грубую кору дерева. Поднимаюсь, сквозь слезы вижу лишь темноту, пронзенную яркими вспышками звезд. Вой раздается ближе.
Внезапно перед собой я вижу узкую просеку, проблеск луны между деревьями. Слабая надежда вспыхивает в груди. Я бросаюсь туда, бегу по просеке, надеясь, что это выведет меня из леса. Кусты цепляются за мою одежду, ветки бьют по лицу, но я не останавливаюсь. Я бегу от смерти, от волчьих клыков, от всего того ужаса, что окружает меня в этой ночи.
Вой слышен совсем рядом. Я слышу тяжелое дыхание дикого зверя, чувствую его присутствие рядом, готовность разорвать меня в клочья. Я бегу быстрее, не оглядываясь, не думая ни о чем, кроме того, чтобы спастись.
Внезапно я спотыкаюсь и падаю в кучу сухих листьев. Боль пронзает мою ногу, я даже будто слышу, как что-то ломается внутри. Но я не могу остановиться, я не могу даже вскрикнуть от боли. Я ползу по сырой земле. С трудом поднимаюсь, хромаю дальше, стараясь не издавать ни звука. В отчаянии, я начинаю кричать. Кричать от боли, от страха, от бессилия. Мой голос теряется в ночной тьме, поглощается непроглядным лесом.
Но вдруг, я слышу другой звук. Не волчий вой, а… мужской голос. Это голос Дикаря…
Вопреки разуму, мое сердце испытывает облегчение. Мои ноги подкашиваются, и я падаю на землю. В этот момент, в момент моей крайней бессильности, я теряю сознание.
Глава 13. Дикарь
Адреналин, влившийся в кровь еще с того момента, как я заметил пропажу Лии, сейчас отступает, сменяясь холодным, липким ужасом. Ее следы, едва заметные на влажной ночной траве, ведут меня вглубь леса, туда, где властвует темнота, густая и непроницаемая, как самые темные уголки моей души.
Вдруг тишину ночи разрывает тонкий и пронзительный женский крик. Ее крик.
Я бегу, не разбирая дороги, только инстинкт гонит меня вперед. Инстинкт защитить Лию, хотя я и не сразу признаю это в себе.
И вот я вижу ее. Она лежит в куче опавших листьев, маленькая, беззащитная, словно сломанная кукла. Волки окружают ее, их глаза – два желтых пятна в темноте – светятся алчным предвкушением. Один из них уже готовится к прыжку.