— Спи, — шепчет он, его голос хриплый, низкий.
Он разворачивается и идет к двери. Хочу окликнуть его, спросить, где он был, почему так поздно вернулся, но меня быстро затягивает обратно в сон.
Глава 20. Лия
Мягкий свет луны проникает сквозь щель в занавесках, рисуя на стене причудливые узоры. Лежу в постели, тело расслаблено. Вдруг чувствую, как матрас рядом со мной прогибается под чьим-то весом. Поворачиваю голову и вижу Адама.
Он наклоняется надо мной, его лицо так близко, что я чувствую его дыхание на своей коже. Его глаза горят темным пламенем желания. Он проводит рукой по моей щеке, большим пальцем касается нижней губы. Прикосновение легкое, почти невесомое, но от него по телу пробегает дрожь.
Я хочу открыть рот и что-то сказать, но могу лишь издать шумный выдох. Его близость будоражит.
Губы Адама вдруг накрывают мои, в поцелуе – власть и нежность, страсть и обещание. Отвечаю ему, руки сами собой обвивают его шею, притягивая крепкое мужское тело ближе.
Он отрывается от моих губ, целует шею, плечо, ключицу. Каждый его поцелуй – как искра, разжигающая во мне огонь. Тело горит, кожа становится чувствительной, каждое прикосновение отзывается волной сладкой боли.
Адам снимает с меня ночную рубашку, его пальцы скользят по моей коже, вызывая дрожь во всем теле. Его взгляд обжигает, в нем – восхищение и жажда. Чувствую себя прекрасной, желанной, словно богиня.
Он накрывает меня своим телом, его вес приятно давит, его жар согревает. В его объятиях я чувствую себя защищенной, в безопасности.
Наши тела сливаются воедино, движения плавные, ритмичные, словно танец. Наслаждение нарастает, волна за волной, захлестывая меня с головой. В этот момент нет ничего, кроме нас двоих.
— Ты всегда будешь моей, Лия… — шепчет он мне в висок.
И в этот момент мое тело, сжатое его сильными руками, сотрясается в сладких судорогах и я вскрикиваю.
Резко выныриваю из сна, сердце колотится, дыхание сбитое. Вскрик застревает в горле, превращаясь в хриплый стон. Тело горит, покрыто испариной.
Темнота комнаты давит, рядом что-то шевелится. Мужская фигура нависает надо мной, загораживая скудный свет луны.
— Лия? — голос Адама хриплый, сонный. — Что случилось?
Адам наклоняется ближе, его лицо — бледное пятно в темноте. Чувствую его беспокойство. Вспоминаю сон, и жар сразу же разливается по щекам, внизу живота сладостно тянет, а стыд жжет изнутри. Мне ведь снился он. Снился так, что сейчас, проснувшись, я все еще ощущаю фантомное прикосновение его губ, тяжесть его тела…
— Тебе снился кошмар? — спрашивает он, коснувшись моего подбородка.
— Ага… — шепчу я, голос дрожит. Легче соврать, чем признаться в таком…
Его взгляд падает куда-то вниз. Не глядя мне в глаза, он выпрямляется, садится на край кровати, а затем встает и делает шаг к двери.
— Адам? — окликаю его.
— Я… я лучше пойду спать в другую комнату, — говорит он, не оборачиваясь. — Чтобы больше не тревожить тебя. У тебя кошмары, должно быть, из-за меня.
Паника сжимает горло. Сейчас он уйдет, а я останусь одна со своими… чувствами. С этим странным, непонятным возбуждением, которое все еще пульсирует во всем теле.
— Нет! — говорю я, резче, чем хотела. — Не уходи. Пожалуйста…
Он останавливается, медленно поворачивается ко мне.
— Ты уверена? — в его голосе скользит сомнение. — Я не хочу, чтобы тебе снились кошмары из-за меня.
— Это… это не из-за тебя, — бормочу я, отводя взгляд. Стыдно. Невыносимо стыдно. — Просто… останься. Пожалуйста.
Он колеблется еще секунду, потом возвращается к кровати.
Глава 21. Лия
Солнечный луч скользит по моему лицу, выманивая из сна. Потягиваюсь, сладко зеваю, вспоминаю смутные обрывки сна… и Адама, сидящего рядом на кровати.
Поворачиваю голову. Подушка рядом пуста, простыни холодные. В комнате — тишина. Странное чувство беспокойства змеей сжимает горло.