Сердце бьется как бешеное. Ладони вспотели. Волнуюсь. Как девчонка перед первым свиданием. По правде говоря, я никогда не ходила на свидания.
Волнение в груди смешивается со страхом, с предчувствием чего-то неизбежного, что вот-вот должно произойти.
Глава 22. Лия
Спускаюсь по лестнице, сердце брыкается в груди, как пойманная птица. Каждая ступенька — шаг к неизвестности, к встрече, которой одновременно и жду, и боюсь.
Внизу, в гостиной, ждет Адам. Он стоит у камина, силуэт его фигуры резко выделяется на фоне мерцающего огня. Когда я появляюсь в дверном проеме, он поднимает взгляд.
На лице — едва заметная улыбка. Он смотрит на меня, оценивая, и в его глазах — что-то такое, что заставляет меня покраснеть.
— Ты прекрасно выглядишь, — говорит он тихо.
Смущение заливает лицо жаром. Опускаю глаза, чувствуя, как румянец поднимается к щекам.
— Спасибо, — выдыхаю я едва слышно, едва не спотыкаясь о ковер.
Жестом руки Адам приглашает меня пройти в столовую. Стол накрыт безупречно. Белая скатерть, изысканная посуда, свечи в изящных подсвечниках, цветы. Все продумано до мелочей. Не слишком ли для обычного ужина?
Сажусь за стол напротив Адама. Чувствую, как дрожат мои руки. Он наливает мне вина, его пальцы ненадолго касаются моих. Я чувствую его прикосновение, как легкий электрический разряд.
Ужин проходит в приятной атмосфере. Я рассказываю ему о книгах, которые недавно прочла. О том, как мне нравится в теплые дни гулять по саду, а вечера проводить в библиотеке. Правда, я умалчиваю то, что все это время я тосковала по нему и лучше бы провела время рядом с ним, чем в одиночестве, пытаясь занять себя чем-то еще.
Адам внимательно слушает мои рассказы про прочитанные любовные романы и даже время от времени старается поддерживать тему, насколько он может. Но между нашими словами, между нашими взглядами, витает что-то невысказанное. Неловкость. Недосказанность.
Возможно, мне так кажется из-за его странного и долгого отсутствия.
Или нет?
Адам откладывает вилку, его взгляд устремляется куда-то вдаль, словно он ищет нужные слова, теряется в лабиринте своих мыслей. На его лице — непривычная растерянность, даже неуверенность. Это так странно.
— Лия… — начинает он, и его голос звучит тише нерешительно, — мне… мне нужно с тобой поговорить. Это важно.
Я киваю, чувствуя, как вся моментально напрягаюсь. Обычно такие слова не предвещают ничего хорошего…
— Дело в том, что… — он снова замолкает, словно собираясь с духом. — Мне необходимо в ближайшее время жениться и родить наследника.
Воздух словно вырывается из моих легких. Я застываю, не в состоянии пошевелиться, не в состоянии даже дышать.
— Что? — шепчу я, чувствуя, как кровь отливает от лица.
— Я мог бы найти для этого другую женщину, но не хочу. Я хочу тебя, Лия. И я понял этот с того самого момента, как увидел тебя в доме твоего отца. Мне нужно, чтобы ты стала моей женой и чтобы ты родила мне наследника.
Слова ударяют в меня, как молния. Я чувствую, как земля уходит из-под ног. Это настолько неожиданно, настолько… странно.
— Но… — я пытаюсь что-то сказать, но слова застревают в горле. — Мы же… мы едва знакомы.
— Это неважно. В мире таких людей, как я, это не имеет значения. У нас все не так, как в твоих романтических книжках. Извини, если ты ожидала другого… да, очевидно, ты ожидала другого. Романтики, настоящей любви, красивых ухаживаний и предложения. Но я не тот мужчина, который может тебе это дать. Зато я тот, кто знает, чего хочет, и это — ты, Лия. Другая жена мне не нужна, — выпаливает он.
— Я… я не понимаю, — шепчу я, чувствуя, как накатывает волна паники. — Это… это слишком неожиданно. Зачем вам это?
Его лицо напрягается, на скулах выделяют желваки, и он избегает смотреть мне в глаза.
— Как я и сказал, мне нужно жениться и родить наследника, чтобы не потерять бизнес, ради которого я пахал всю свою жизнь. Такое условие мне выставил помирающий дядя. А его часики тикают, и мне нужно быстро принимать решение.