По словам Грина в ту ночь, кто-то из горожан мог заметить ее изменения и донести вышестоящим лицам, оповещая обо всем армию и правителя. И теперь она, словно преступница, скрывается у себя же в доме и не высовывается. Радует только одно – она в этой передряге не одна. Ливия категорически отказалась отпускать из их убежища Грина и держит его на коротком поводке в пристройке.
Будь он настоящим псом, Ария бы сквозь слезы смеха смогла сказать, что он покорно сидит, прижав уши к макушке, и беспрекословно слушает свою новую хозяйку. Но также она знает, что ночью он все равно исчезает из поля зрения, уходя в неизвестном направлении, но не приводя за собой врагов.
На него тоже могут донести в случае чего, а его близкий друг, как рассказал сам Грин, и есть тот мужчина, что захаживает к ним каждый день. Уж ему-то точно нельзя знать о местонахождении самого главного преступника их войны, что подозрительно быстро привык и к Ливии, и к девушке, что до сих пор смотрит на него с опаской.
И как у него получается приспосабливаться к резкой смене условий обитания? Он что, паразит? Да даже она еще не до конца смирилась с лисицей внутри себя! У них до сих пор бывают разногласия в испытываемых чувствах, и ее уж точно не прельщают мысли, которыми она думает о рыцаре.
Но как бы Ария не хотела этого признавать, этот мужчина очень ей помогает с самоконтролем. Каждое утро стучит в дверь и тут же врывается, не дождавшись ответа, чтобы спровоцировать лисицу и научить бороться с гневом. Пусть и получает он взамен куда больше тумаков, чем могли бы нанести ему настоящие противники. И она ему за это благодарна. Теперь Ария может предстать перед любым мужчиной в ночной сорочке и сдержать себя в руках. Ну и что, что сердце заходится в бешеном ритме и норовит вырваться из груди, пока щеки пунцовеют и показывают окружающим весь ее стыд.
Вот только сегодня с самого утра все идет как-то не так.
Слишком тихо вокруг. Из леса за последние дни не выбежал ни один зверь, несмотря на растущую луну и бодрствование хищников. А саму Арию гнетут не слишком радужные мысли.
Ее бабушка стала подозрительной. Все чаще молча бродит по дому и переставляет кухонную утварь. Продолжает лечить Грина и не задает ему лишних вопросов, когда тот, казалось бы, готов ответить на все, что угодно, от неугасающей боли. А вчера у нее был новый приступ.
Видение, о котором она не рассказала абсолютно ничего, чем еще больше вогнала собственную внучку в ступор.
На двор надвигается вечер, а это значит, что скоро что-то изменится. Ливия всегда говорила, что с наступлением темноты мир меняет не только краски, но и раскрывает правду. И впервые Ария надеется, что сегодня узнает еще одну ужасающую тайну, но продолжит спокойно жить рядом с родительницей, возвращая свою жизнь в привычное русло.
– За кем следишь? – за спиной внезапно слышится тихий голос, но Ария не пугается. Она слышала его шаги еще в другой комнате и была готова к появлению с самого начала.
– За тенью.
– Чьей?
Ей кажется или ему на самом деле любопытно, чью тень она может рассматривать в раскрытом настежь окне от ночной лампады, используемой не по назначению?
– Твоей угасающей души.
Но, как бы она не привыкла к его нахождению рядом и каждодневным встречам, издеваться над ним доставляет ей отдельное удовольствие. Жаль, он стал таким же подозрительным, как и Ливия. Молчит и воспринимает практически все ее слова всерьез.
– Эй, да я же пошутила!
Но мужчина все так же пристально смотрит и даже не моргает. Чуть наклоняется, сияя синевой, где отражается яркий, но пышный огонек. Кажется, Ария даже чувствует чужое дыхание на своем лице. Теплое. Отзывчивое. Невероятно приятное. Такое, от которого подкашиваются ноги и спирает дыхание.
Ей остается лишь тяжело выдохнуть, чтобы понять и принять все, что он может и хочет ей дать. Но не тогда, когда в коридоре слышатся тяжелые шаги и строгий шепот.
– И чего они захаживают каждый день… Вот заняться людям нечем!
Грин словно и не стоял над ней всего в паре десятков сантиметров. Мужчина крепко держится на ногах позади нее, опираясь руками о спинку стула, на котором сидит девушка, и безучастно смотрит в окно, пока Ария продолжает пунцоветь от всего, что происходит с ней в последнее время рядом с этим мужчиной.
– Не хочешь поговорить со своим товарищем и отвадить как-то?
Видимо, Ливию, так же как и ее внучку, совершенно не прельщает явное внимание со стороны королевских слуг. Будь ее воля, она бы уже давно рассыпала на пороге их дома заговоренную пыльцу тысячелистника, избавляясь от незваных гостей. Возможно, она так и сделает в скором времени. Но точно не сейчас, когда ей осталось разобраться с одним маленьким, но очень пугающим дельцем.