Мулатка не выдержала. Она резко развернулась и быстро направилась в сторону кровати.
— Да заткнись, ты, уже! — она отвесила Лике оплеуху со всего размаха, оставив красный след на её щеке. — Как ты уже задолбала со своими вопросами и вечным нытьём! Жаль, что та дамочка не задушила тебя первой.
Её взгляд стал совсем свирепым и, казалось, даже переполненным лютой ненавистью и каким-то презрением. А Кади с каждым её словом всё больше округляла глаза от удивления. Её не смущали слова или действия надзирательницы, она была в шоке от голоса, которым та обладала. Такого знакомого и почти родного...
— Бекки?!.. — неуверенно выдохнула она, глядя в её карие глаза, переполненные яростью. А в душе что-то оборвалось от отчаяния.
Глава 14. Женской дружбы не бывает
Бекки на мгновение остолбенела от осознания того, что прокололась по полной программе. Она начала быстро продумывать в голове варианты ответов, а потом, решив, что уговорит Догана стереть Лике память, продолжила разговор.
— Никакой Бекки здесь нет! Меня зовут Рабби, — отрезала мулатка.
— Но за что? Мы же столько лет вместе... — Ликадия чувствовала себя преданной. Для неё это был удар в спину. Она не могла поверить в то, что лучшая подруга может так с ней поступить.
— Да просто так, — язвительно скривилась подруга, — Лика умничка, Лика красавица, богатенькая кукла, не знающая грязи, — с каждой фразой её презрение нарастало, — Бекки для неё слишком тупая, слишком недостойная, неподходящая, — обида говорила в девушке. Она завидовала своей безупречной подружке, но она и любила её. Любила настолько сильно, что это чувство стало для неё каким-то навязчивым. Тот самый отказ Лики Бек расценила как оскорбление и на пике своей злости, она дала добро Флексу, который давно просил её пожертвовать ему кого-нибудь из подруг. Она хотела проучить маленькую мисс совершенство, но шутка затянулась и зашла слишком далеко. Любовь Бекки переросла в слепую ярость и желание уничтожить, растоптать и максимально унизить некогда лучшую подругу.
— Ты вообще спасибо должна сказать! — Рабби не чувствовала своей вины, она наслаждалась мучениями подруги, каждый раз теша своё самомнение. Иногда она пересматривала записи с клиентами и даже пару раз сама была с подругой, предварительно опоив её.
— Радуйся, что ты не помнишь всего и всех, кто через тебя прошёл! Это была моя просьба, иначе ты бы давно задушилась собственными трусами, — продолжала мулатка. Ликадия была в полном шоке, она не могла разговаривать, она отказывалась верить своим ушам и глазам, она просто плакала и продолжала слушать о том, как ей повезло. — Скажи спасибо, что я не давала Флексу вдоволь тобой насладиться, а ты ведь уже в курсе, что он любит твою бледную попку. Ты уже давно не невинная девочка, а видео с тобой быстро набрали популярность за рубежом. Ты знаменита, крошка. Такую идеальную порно-жертву зрители ждали давно. Доган был прав, ты принесёшь нам миллионы, — Ребекка восхищённо подняла руки, прославляя какие-то невиданные силы за это счастье.
— Знаешь, — мулатка села на край кровати и снизила голос почти до шёпота, — я бы даже предложила тебе часть твоих трахо-баблосов, но ты ведь откажешься. Ты же выше этого. Так что твоя пизда будет работать на нас и дальше без твоего согласия. Ты тут сильно не привыкай, — Рабби показала на комнату, — совсем скоро ты вернёшься в свой подвальчик. Хочешь, я твою тёлку оставлю там? — она расхохоталась и пошла на выход. — Кстати, жалко телуху. Трахалась она знатно, — с сожалением подметила Ребекка уже на выходе и закрыла за собой дверь.
Ликадия пребывала в каком-то трансе. Казалось, что её мозг отказывался принимать эту информацию и просто отключил все органы чувств. Несколько секунд спустя Лика словно оттаяла и начала в истерике пытаться вырваться, надрывая тряпки на руках. Кровать ходила ходуном, но толку от этого не было. Лика плакала и кричала от отчаяния, а когда силы закончились, она просто начала молиться и умолять, чтобы всё это оказалось страшным сном.
Примерно через час в комнату вошёл Доган Флекс. Лика впервые увидела его без маски и этого странного наряда. Она лежала, уставившись глазами в угол комнаты, почти не моргая. Флекс медленно подошёл к ней и слегка поправил её волосы, убрав их с лица. Девушка никак не отреагировала на этот жест, она продолжала как-то отстранённо смотреть сквозь стену. Доган положил руку на колено Лики, а затем повёл её выше по ноге, направляясь к трусикам. Девушка молча моргнула, выпустив очередную слезу бежать по щеке и продолжила сверлить взглядом пустой угол. Мужчина стянул с неё трусики и раскинул обездвиженные ноги. Сняв с себя штаны, он залез на кровать. Его большой член, похожий на бейсбольную биту, был твёрд и жаждал оказаться в её маленькой влажной дырочке. Доган начал водить головкой по клитору девушки, иногда аккуратно проникая внутрь влагалища на пару сантиметров, стараясь вызвать возбуждение в её организме. И её тело предательски отзывалось на его прикосновения. Почувствовав достаточное количество смазки, Флекс вошёл в неё, почти полностью погрузившись в её влажное влагалище. Лика слегка поморщилась от некомфортного для неё размера пениса внутри себя, но даже не пыталась сопротивляться. Она больше не видела в этом смысла. А Доган набирал темп, двигаясь всё более грубо и резко. Когда оргазм уже начал подступать, он положил одну руку на шею своей пленнице и слегка сжал пальцы. Лика закрыла глаза, мысленно умоляя его сжать пальцы сильнее. Но Флекс вдруг резко высунул свой член наружу и одарил её живот обильным семяизвержением. Затем он похлопал Лику по щеке со словами: "Умница, детка," оделся и вышел из комнаты, оставив бедную пленницу лежать в своей кровати грязной и измученной физически и морально.