Глава 15. Принятие или видимость
Лика проснулась от лучей солнца, скромно пробивающихся через окно. Она с радостью обнаружила, что её руки, наконец-то, свободны. Девушка потёрла запястья, следы от тряпок были глубокими и сильно болели, местами кожа была содрана. Ноги по-прежнему не шевелились. Лика смутно помнила завершение вчерашнего дня, но ей хорошо запомнился укол между шейными позвонками. Похоже, что именно он влиял на двигательную способность нижних конечностей. Сделать так, чтобы его пропустили или забыли поставить, будет непросто и придётся сильно постараться. К тому же эффект не проходит перед самим уколом, а значит нужно будет какое-то время выждать. "Нет. Пожалуй, это невозможно," — подумала Кади, — "Так мне ноги не вернуть. Тут нужна хитрость."
Лика попыталась сжать и разжать мышцы влагалища. Она ещё чувствовала дискомфорт после вчерашней встречи с Господином, хотя теперь она знала как его зовут, Бекки всё выболтала. Если бы у Кади был диктофон, вчерашний монолог стал бы неоспоримым доказательством всего, что тут творилось и возможно, что обоих посадили бы по меньшей мере пожизненно. Но девушка не верила в нашу систему правосудия. С каждой минутой мысли о самоубийстве начинали меняться на поиск плана мести. Ликадия уже не исключала возможности убийства своих обидчиков. По большому счёту на Флекса ей было наплевать, а вот Бекки... Кади ещё не решила, как бы она отомстила своей некогда лучшей подруге. Ей хотелось заставить Рабби пережить всё то, что было с ней, но она не была уверена, что в этом есть необходимость.
Думать нужно было быстро. Пока она тут. Ведь, когда её вернут обратно в бетонную коробку, то скорее всего лишат всех воспоминаний и для Лики всё начнётся с чистого листа. "Очень удобная функция," — подумала она. Девушка слегка привстала на руках и подтянула ноги ближе к спинке, чтобы принять положение сидя. Она всё ещё с трудом верила в то, что это всё Бекки подстроила. И из-за чего? Зависть? Ликадия хотела бы вычеркнуть её из своей жизни, не знать её совсем, но это было невозможно. И боль от обиды клешнями впивалась прямо в сердце, которое становилось всё более каменным и бесчувственным.
За последние три дня, что она находилась в сознании, Лика твёрдо поняла одну вещь — ей придётся быть паинькой, чтобы не искушать этих садистов, чтобы не получать новых наказаний, чтобы усыпить бдительность чокнутой парочки и чтобы выжить. Она решила продолжить игру, убитой горем маленькой девочки, которой теперь всё равно, что с ней будет дальше. Такую ведь уже не надо будет связывать, не нужно будет бить, чтобы заставить что-либо сделать или следить за ней, чтобы она не сбежала. В голове идея казалась логичной и почти гениальной, но сможет ли она на деле её воплотить и сыграть безразличного овоща?
Ликадия сидела уставившись в окно и прокручивала в голове вчерашний день. Не все слова подруги ей тогда показались понятными, так как мозг принял оборону, заблокировав восприятие внешнего раздражителя. Но сегодня она поняла каждое слово и она поняла главное — Бекки мучала её с наслаждением. Отчего у Лики было ещё больше желания отомстить. Тут она услышала шаги и сделала отсутствующее лицо, продолжая смотреть сквозь окно, куда-то в облака. В комнату зашла Рабби.