"Кади, проснись! Проснись, дочка," — прозвучал в голове папин голос и Ликадия открыла глаза. Всё тело болело. Она не знала сколько времени провела в шкафу, но ей показалось, что не меньше пятнадцати часов. Девушка сильно хотела есть. Голова плохо соображала и в теле была сильная слабость. Лика пыталась трезво и холодно оценить ситуацию. Вспомнив, что вчера ей не поставили укол, она попытала пошевелить ногами и они начали нехотя отзываться на команды мозга. Сначала пальцы, ступни за ними ожили и колени. Счастью просто не было предела. Но она решила, что этим чокнутым маньякам-садистам об этом знать не обязательно. Шарик, который всё ещё был во рту уже начал раздражать и даже бесить. Под ремешком кожа стала чесаться. Кади решила играть паиньку весь день, а может дольше, на сколько хватит сил и терпения, чтобы её похитители расслабились, решив, что сломили её. Но она не знала, сможет ли реально не сломаться.
Дверь в комнату открылась, и девушка вздрогнула. Она ждала, когда откроется шкаф. Услышав, как ножницы режут скотч, девушка затаила дыхание. Дверцы тихонько распахнулись. Лика прищурилась от яркого света, словно вампир, выброшенный на улицу в полдень. Это был Доган.
— Будешь хорошей девочкой? — спросил он, разглядывая юную пленницу.
Кади согласно кивнула.
— Отлично. Сейчас проверим, — он взвалил её на плечо и отнёс на кровать, — мне нужна покорная сабмиссив, — сказал он, глядя в её удивлённые глаза, — раздевайся.
Лика не совсем понимала значение слова "сабмиссив", но догадывалась, что от неё ждут полного подчинения. И собрав все силы и волю в кулак, она решила его дать. Ведь, чтобы вернуться домой, ей нужно было выжить, а чтобы выжить – ей придётся быть послушной.
Глава 18. Шериф
Приехав домой после проверки дома Флексов, Роджерс никак не мог выбросить из головы тот жуткий крик. Ему показалось, что голос отличался пронзительностью от более грубого голоса Рабби. Мысль о том, что в доме может быть кто-то третий не покидала его.
— Что тебя беспокоит, Джон? — Трейси положила руку на плечо мужа и нежно поцеловала его в щёку.
— Ничего, дорогая. Просто работа. Есть небольшие подозрения, которые мне нужно проверить, — он улыбнулся, глядя на жену влюблёнными глазами. Он взял её за руку и притянул к себе. Сидя на стуле, он оказался лицом прямо напротив её живота. Джон нежно поцеловал его округлившуюся форму.
Они ждали малыша. Трейс была уже на пятом месяце беременности. В её тридцать шесть это состояние было прекрасным, но тяжёлым. Токсикоз мучал её по утрам с первого дня, а еда почти не лезла в рот. Она сильно похудела, но малыш рос как полагается, без каких-либо отклонений. Они оба сильно хотели и ждали этого ребёнка. Трейс умилялась каждый раз, когда видела мужа таким влюблённым и заботливым к её положению. В этот момент он сам был похож на ребёнка, обнимающего своего самого любимого плюшевого мишку.
Когда Трейси уснула, Джон тихонько оделся и вышел из дома. Он не мог спокойно спать пока не выяснит правду. Мысль о том, что в доме Флексов могут насильно удерживать девушку, не покидала его и он решил понаблюдать за ними.
Дорога проходила далеко от подозрительного дома и оставлять машину рядом с цветочным полем было слишком заметно. Бросив патрульный автомобиль за соседским домом, Джон взял бинокль и почти ползком начал подбираться к спящему дому, где он был накануне с визитом. Свет был везде выключен и в доме стояла полная тишина. Шериф подобрался к окнам первого этажа, аккуратно заглядывая в каждое.
В доме был идеальный порядок. Доган спал на диване в гостиной, согнув колени и уткнувшись лицом в спинку, как будто ребёнок-переросток. Роджерс обошёл дом и попытался открыть заднюю дверь. Но она не поддавалась. Достав из кармана отмычку, шериф легко вскрыл простой замок и приоткрыл дверь. Он вытащил пистолет и тихонько вошёл в дом. Джон понимал, что действует не по уставу и если его поймают, то у него будут большие проблемы. Но также он понимал, что если он прав, то всё остальное не будет иметь никакого значения. Поэтому он рискнул проникнуть в чужой дом без разрешения.
Роджерс огляделся по сторонам. Доган по-прежнему спал на диване. Шериф стал медленно подниматься вверх по лестнице. На втором этаже было всего две комнаты. Полицейский решил сначала заглянуть в правую. Комната была небольшой, но чистой. Почти посередине стояла кровать, на которой спала Рабби. Она лежала на животе, уткнувшись лицом в подушку и раскинувшись по всему матрасу, словно показывала, что это всё её. Из-за жары ей приходилось спать без одеяла и в одних трусиках. Влюблённый шериф проигнорировал соблазнительные формы мулатки. Его только удивило то, что девушка спит в другой комнате. Стараясь двигаться бесшумно, он закрыл дверь и направился ко второй спальне.