— О, как! Сразу к делу значит, хорошо… — врач поправил очки и улыбнулся словно заигрывая с пациенткой, — состояние у Вас стабильное, девушка. Поводов для беспокойства нет. Есть множественные ушибы. Учитывая, случившееся – это вполне естественно. А также Вы получили лёгкое сотрясение головного мозга, что может некоторое время вызывать головные боли.
— Скажите, а моя потеря памяти, она временная? — вспомнив о своем заявлении следователю, Лика решила продолжить врать в этом направлении.
— Не думаю, что у Вас имеются такие проблемы, — мужчина вдруг стал совершенно серьёзным, словно ему указали на его некомпетентность, — хотя, возможно, это было вызвано чем-то другим.
— О чём Вы, доктор? — Лика удивилась.
— Я о Ваших таблетках, которые полиция нашла при досмотре сумочки. Это сильный препарат, имеющий крайне негативные для организма свойства и продолжительный приём этих таблеток может привести к очень тяжёлым и иногда даже необратимым последствиям от лёгкой дезориентации до полной потери памяти. Я не буду Вас спрашивать о том откуда они у Вас – это дело полиции. Но хотел бы предупредить, что не советую Вам продолжать их пить, — он уже собирался уйти, когда Лика его остановила.
— Подождите, пожалуйста. Как долго меня будут здесь держать?
— Думаю, что мы выпишем Вас уже через пару дней, если Ваш анализ крови нормализуется и состояние головы улучшится.
— Доктор, — Кади опустила глаза, — мне нужна Ваша помощь, — почему-то она решила, что может довериться человеку, давшему клятву Гиппократа, — что полиция хочет от меня? Что Вам известно?
— Я не могу Вам этого сказать, так как я сам не в курсе деталей дела. Я полагаю, что ничего серьёзного, но я могу ошибаться. Я был бы рад Вам помочь со здоровьем, но то, что касается полиции – это вне моих возможностей, — он с грустью посмотрел на девушку и вышел из палаты.
Лика вновь осталась одна наедине со своими мыслями. Информация о таблетках её напугала не на шутку. Она совсем о них забыла, когда проверяла содержимое сумки и теперь пыталась вспомнить были ли они там вчера. Интересно, как долго её пичкали этим препаратам и какие последствия её ждут, а может уже действуют. Память до сих пор не была полностью восстановлена. Лика плохо помнила лица некоторых родственников и друзей, даже имена были собраны в кучу словно на свалке, и она никак не могла найти в голове образы, которые им соответствуют. Казалось, что тот аккуратный архив данных, который был в её голове, просто стряхнули с полок и высыпали в одну большую кучу, где обязательно что-то затеряется, перемешается или совсем пропадёт.
До полудня больше никто не приходил. Позже медсестра из новой смены принесла Лике обед в палату и убрала капельницу. Эта девушка сразу вызвала симпатию у измученной пациентки. Она улыбалась, очень мило и вежливо разговаривала и, казалось, что любила свою работу невзирая на все её недостатки. Ликадия с интересом наблюдала за порхающей по палате сотрудницей, и сама невольно улыбнулась, на секунду забыв о всех своих проблемах.
Глава 34. Кто тут жертва?
После обеда к Лике пришёл следователь. В этот раз он уже был не один, а со своей помощницей. Ликадия решила, что сейчас начнётся игра в доброго и злого полицейского и надеялась, что девушка в форме будет её поддержкой. Ей не удалось разглядеть следователя в прошлый раз, но сейчас она его видела очень отчётливо. Это был ещё совсем молодой парень, который не был похож на опытного оперативника. Высокий брюнет с выраженными чертами лица, которого нельзя было назвать красавцем, но он определённо обладал харизмой и обаянием. Над верхней губой у него была яркая родинка, которая как магнитом притягивала к себе внимание, заставляя всматриваться в то, как он говорит и внимательно его слушать. Его помощница была на голову ниже, рыжая и худая. Сложно было представить, как она берёт пистолет и тычет им кому-нибудь в грудь, не говоря, уже о каком-то рукопашном противостоянии преступнику. Они оба поздоровались и встали у подножья кровати словно два надзирателя.
— Я Вас ждала, — обратилась Лика к следователю, — не думала, что Вам понадобится чья-то помощь, — Лика не понимала, почему она так настроена, но какая-то язвительность по отношению к нему так и проскакивала в её речи.