Дышать становится всё труднее. Я словно в гробу, только пространства чуть больше. Сжимаю пальцы в кулаки со всей силы, но это тоже мало чем помогает.
Расслабься. Всё будет хорошо. Нас найдут. Обязательно найдут. Если не меня, так его уж точно искать будут! И найдут. Так что мне повезло, что я оказалась здесь с ним.
Нужно просто напомнить себе, что я не одна.
А для этого придётся заговорить с ним. Я не хочу, но… ещё несколько минут вот так — и тогда мне уже никакие самовнушения не помогут.
Страх темноты и замкнутого пространства сильнее, чем страх перед этим мужчиной. Поэтому, пересилив себя, я произношу тихо:
— Вы... здесь?
А в ответ тишина. Он точно здесь. Но молчит.
Чёрт возьми, а вдруг ему стало плохо?
Глава 7
Я ведь не видела его в темноте. Не знаю, как он себя чувствует. Он держался уверенно, дерзил, язвил — но вдруг это только видимость?
А если он тоже пострадал? Упал. Ударился. И сейчас лежит в темноте без сознания, поэтому не отвечает.
Надо проверить.
Ну правда. Не из любопытства же. И не потому, что я тут паникую.
Это простой человеческий порыв убедиться, что рядом никто не умирает в углу. Он ведь меня не бросил одну.
Я приподнимаюсь, ощупывая руками пространство вокруг. Полностью подняться не получается, потому что сверху что-то мешает. Да и вообще, оказывается, я в темноте очень плохо контролирую своё тело. Боюсь и правда упасть. Решение приходит само собой: лучше ползти на четвереньках. Какая разница? Всё равно меня никто не видит.
Так и делаю. Опускаюсь на четвереньки и потихоньку продвигаюсь вперёд. Так увлекаюсь своим занятием и мыслями о помощи другому человеку, с которым мы вместе оказались в такой ужасной ситуации, что даже забываю о своих страхах.
Подумаешь, темно, тесно и что-то может рухнуть на голову в любой момент? Главное, что кому-то нужна моя помощь именно в этот момент!
Ладони медленно скользят по полу, натыкаясь на камешки и трещинки. Пол холодный, шероховатый. Где-то под пальцами пыль, щебёнка, какой-то мусор. Всё колется, царапает кожу, но я стараюсь не обращать внимания.
Ползу дальше. Представляю, что я просто попала в квест, ролевуху, где нужно спасти заложников и выбраться из плена. Ну а что, есть ведь такие? Или нет…
Без разницы. Мне нужно как-то отвлечься, чтобы не думать, в каком я месте и в каком я положении оказалась.
Камешек, попавший под колено, вызывает адскую боль. Тут же локоть натыкается на что-то твёрдое. Ауч! Я от боли хватаюсь за него и растираю. Словно током ударило! Пыль щекочет нос и хочется чихнуть.
Но я держусь! У меня миссия! Я даже вдохновляюсь. Не так уж и страшно здесь. Прочь все фобии. Помощь ближнему придаёт сил.
Пробираюсь вперёд и не понимаю, откуда здесь столько всего под ногами. Когда я отползала — ничего такого не было. Какие-то штуки валяются. Что-то длинное, крепкое... Брёвна? Приходится на них залезть. Да что ж тут за склад лесопилки такой?
И тут пальцы натыкаются на что-то... мягкое. Нет, не мягкое. Твёрдое! Но точно не камень и не стена. Что-то живое и дышащее.
Ох чёрт! Это не стена. И не пол. И даже не обломки. Рука замирает. Потом медленно, с трагическим осознанием, скользит чуть ниже. Плотное. Тёплое. Живое. Бедро, кажется. А вторая рука упирается в его грудь.
Оу. Оу-оу-оу.
Нашла! И сама заползла ему на колени. Замечательно! Просто прекрасно. Героическая миссия спасения превратись в тактильное домогательство!
Я застываю. Всё тело в напряжении. Прислушиваюсь к его дыханию. Так… живой! Вот и замечательно. Убедилась — теперь прочь отсюда, пока он не подумал, что я к нему пристаю.
Только собираюсь перекинуть ногу и тихонько свалить, как возникает внезапная мысль: а чего он до сих пор ничего не сделал? Если бы он нормально себя чувствовал, уже давно бы сгрёб меня в своих наглых лапах и продолжил издеваться. Но он ничего не делает.
Это говорит только об одном — ему плохо! Я замираю. Потом медленно отклоняюсь, чтобы лучше соображать. Пахнет от него слишком… вызывающе. Думать мешает.
Так. Я должна убедиться, что он жив и в порядке. Я ведь не просто тут сижу у него на коленях — у меня миссия. Миссия «Не дать человеку умереть».
Но как? Как я это сделаю в кромешной темноте?
Я его звала — от не ответил. Дышит ли? Вроде да. Но этого мало. Вдруг он полуживой? Ранен там или… головой ударился.