- Как вас зовут? – не глядя в ее сторону, спросила Кара, выглядывая на террасу.
- Мария.
- Мария, а где покои герцога? – стараясь, чтоб голос не дрогнул и был беззаботным, вновь спросила гостья.
- Зачем вам это? Герцог не очень-то любит, когда женщины врываются в его спальню, особенно без приглашения, - зло произнесла экономка, видимо приняв гостью за падшую женщину. Кара вздрогнула как от удара и резко обернулась, бешено раздувая ноздри:
- Скажите мне, Мария, какое положение вы здесь занимаете?
- Экономки… - женщина поздно сообразила, что позволила себе лишнего.
- Так будьте любезны и дальше заниматься делами прислуги и присматривать за домом, а не перечить знатным особам! – яростно прошипела, надвигаясь на поникшую служанку. – Пошла вон! Я на сегодня больше не нуждаюсь в ваших услугах! А завтра, будьте так любезны с утра прислать мне какую-нибудь расторопную девушку для помощи.
- Как прикажите, - поклонилась и быстро скрылась в коридоре, наконец-то оставляя Кару в одиночестве.
После ее ухода девушка вышла на террасу, пытаясь остудить пылающие от негодования щеки. Стрекотание цикад и темное ночное небо потихоньку начали успокаивать. В первые же минуты ей дали понять: она здесь чужая и ее не особенно-то жалуют. К этому Кара давно привыкла и ни на что другое не рассчитывала. После смерти родителей единственный, кто действительно бескорыстно ее любил, был Карл. Ей очень сейчас его не хватало. За десять лет она привыкла в любой момент врываться к нему в кабинет и залезать на колени, рассказывая о том, что ее тревожит. А тревожило ее много чего! Особенно ночные кошмары, которые никак не хотели покидать Кару. Ей часто снилась смерть родителей, изувеченное тело братика, которое она нашла утром в его спальне… пытки… Девушка сжала виски пальцами, пытаясь остановить непрошенные мысли. Резко развернулась и, не раздеваясь, кинулась на кровать, зарываясь лицом в подушки, тихо воя от нахлынувших горьких чувств. Только с приходом первых лучей солнца она смогла ненадолго забыться беспокойным сном.
Проснулась, почувствовав, как кто-то плюхнулся к ней в ноги на кровать. Быстро села, протирая припухшие глаза.
- Составишь мне компанию за завтраком? – как ни в чем не бывало спросил Грей, внимательно рассматривая ее лицо.
- У меня есть выбор? – спросила сиплым голосом, пытаясь выпутаться из-под тяжелого одеяла.
- Кара, милая, ты не пленница – ты моя гостья, - в его голосе было столько нежности, что девушка непонимающе заморгала. Грей приблизился и ласково коснулся ее щеки, провел большим пальцем по пухлой губе. Кара на миг закрыла глаза, растворяясь в его прикосновениях, но тут же отпрянула, мысленно ругая себя на чем свет стоит. Зачем тешить себя непонятными надеждами? Он просто наиграется с ней и выкинет, как ненужную вещь! А она… останется с разбитым сердцем… опять.
Герцог опустил голову, скрывая разочарование в глазах и пытаясь не показать Каре, как он хочет ее. С каждым мгновением контролировать себя становилось все тяжелее и тяжелее. Один только вид ее бурно вздымающейся под платьем упругой груди заводил с пол оборота, принося боль неудовлетворенной мужской плоти. Ну нет, он не будет торопиться! Он сделает так, чтобы она наконец признала для себя, что тоже желает его, и, может, тогда сможет выкинуть из прекрасной головки все плохие мысли, как недавней ночью...
- Можно мне привести себя в порядок? – спросила, вставая и отходя подальше от герцога.
- Конечно, - тоже встал и подошел к ней вплотную, загнав пятящуюся назад девушку в угол. Протянул руку, наматывая на палец темный локон, скользя взглядом по сосредоточенному лицу. Хотелось прям сейчас прижать к стенке и задрав подол платья, коснуться бедра, рывком войти в нее, ловить срывающиеся стоны удовольствия. Мотнул головой, приводя себя в чувства и резко развернувшись пошел прочь, остановился в дверях и, не глядя на растерянную Кару, сиплым голосом бросил:
- Я жду тебя в столовой, - покинул спальню.
Кара, прижав руки к груди, сползла обессиленно по стенке и судорожно вздохнула. В низу живота предательски пульсировало, разливая по телу истому. Чего он этим хотел добиться? Пусть бы уже просто накричал на нее, тогда было бы легче не реагировать так остро на его присутствие и прикосновения.