— Вы что-то хотите? — невыдержав нависшей в комнате тишины и его сканирующего каждый сантиметр её кожи взгляд.
— Ты живёшь здесь уже несколько дней, а…
— Три ужасных дня… — прошептала Анна, перебив мужчину.
— Ты живёшь здесь три дня, а я до сих пор незнаю твоего имени…
— Ого… Вам стало интересно как меня зовут. Вот уж неожиданность, а я то думала, что у рабов в вашей стране нет имён…
— Прекрати это!
— Прекратить что? Ненавидеть вас? Боюсь, что это невозможно…
— Так как тебя зовут? — тяжело выдохнув, спросил он.
— Анна…
— Меня зовут Мансур. На случай, если тебе что-то понадобиться от слуг, можешь сказать, что это мой приказ и они исполнят.
— Лучшим приказом, было бы отпустить меня, но я подозреваю, что у вас на меня другие планы…
— Об этом я тоже хочу поговорить с тобой, Анна. Ты свободна, но в пределах этого дворца и само собой я не смогу держать тебя здесь вечно… Поэтому я прошу тебя дать мне тридцать дней.
— Зачем?
— Если через тридцать дней твоё желание уйти отсюда будет таким же сильным, как сейчас, я сам отвезу тебя домой.
— Очень сомневаюсь в этом… Но как я понимаю выбора у меня нет?
— Всего тридцать дней!
— Тридцать дней и если я буду вас ненавидеть, вы меня отпустите? — уточнила Анна, пытаясь найти подвох в словах мужчины, ей казалось все это слишком уж простым.
— Да…
— Хм… Вы готовы тридцать дней жить в аду?
— Не думаю, что они будут так уж сильно похожи на ад. — словно соперничая с ней, ответил Мансур.
— Я буду ненавидеть вас и через тридцать дней и через тридцать лет… А раз у меня нет выбора, я соглашаюсь, но на своих условиях.
— Какие у тебя условия?
— Мне нужны все мои вещи, которые остались в отеле и мой телефон. У меня есть семья, родные, они, наверное, с ума сходят из-за того, что я не отвечаю на звонки…
— Вещи привезут, а что касается те…
— Либо все то, что я сказала, либо можете хоть тридцать лет меня здесь держать, я буду пытаться убежать каждый день и будьте уверены, рано или поздно я или достигну цели, или умру. — сказала Анна, скрестив руки на груди.
— Хорошо. Будет тебе телефон… Но если ты позвонишь в полицию или посольство, то…
— Я буду звонить только родным… Если я подниму шумиху, моя мать может не выдержать этого.
— Тогда я распоряжаться, чтобы в твою комнату привезли все твои вещи. — встав с кресла, сказал Мансур и направился к двери. — И распоряжаться, чтобы тебе принесли свежую одежду…
Глава 10
Анна дождалась, когда Мансур выйдет из комнаты и встала с кровати, поправляя уже соскальзывающее вниз на груди полотенце. Как бы ей ни хотелось, но условия этого мужчины не оставляли ей выбора, сама она уйти из этого дворца не сможет, а так у неё хотя бы есть шанс. Она вышла из его комнаты, оставляя на полу мокрые следы ног и идя по коридору направилась к своей комнате.
— Значит это ты та женщина? — раздался женский голос за спиной.
— Не понимаю о чем вы… — повернувшись на окликнувший её голос, ответила Анна.
— Ты та женщина, которую привёл в дом мой муж?
— Вы меня с кем-то путаете.
— Я хочу, чтобы ты поняла одну простую вещь, Мансур мой законный муж и ни ты, ни другая женщина не сможете встать между нами. — срываясь на крик сказала Разан.
— Я не собираюсь вставать между вами… Я не по своей воле здесь оказалась. — словно оправдываясь, говорила Анна.
— Ты вышла из его комнаты голая и мокрая, он поехал за тобой в бурю и ночевал в пустыне. Я ни за что не поверю в то, что мужчина стал бы просто так рисковать жизнью ради женщины с которой у него ничего нет. А ванная есть и в твоей комнате, совершенно не обязательно ходить в его комнату, чтобы помыться!
— Я понимаю, что вы ревнуете, но поверьте, между на…
— Ревную? К кому? К тебе? Да ты себя видела в зеркале? Я вообще не понимаю на что мог позариться мой муж…
Слова женщины задели Анну, конечно, она не была моделью или актрисой, но никогда не жаловалась на внешность данную ей от природы. Не желая продолжать бессмысленный диалог, она повернулась и направилась к своей комнате, оставляя Разан за спиной.
— Ты ещё пожалеешь о том, что не ушла сразу… Пожалеешь! — кричала в след женщина, пытаясь обратить на себя внимание Анны.
Она молча шла в сторону комнаты, изо всех сил делая вид, что не слышит ничего. Открыв дверь, девушка вошла в комнату и поспеши запереться в ней, понимая, что сейчас это её единственное убежище.