— Но ваша дочь сама изъявила желание…
— Она ещё мала! — взбрыкнула хозяйка дома, задрав курносый нос. — И, похоже, не совсем понимает.
— Я всё понимаю, — вдруг подала тихонько свой голос девочка. — И я хочу, чтобы убийцу папы наконец нашли.
С того момента, как мы зашли девочка сидела молча и обнимала плюшевого зайчика, опустив голову. Малышке было страшно. Ее ручки заметно дрожали, и она покрепче прижала игрушку к себе.
Глядя на состояние ребенка, мне захотелось все закончить. И продолжить встречу под наблюдением психолога. Но Денис прав, если мы хотим найти серийного убийцу, нужно действовать сейчас.
— Милая, — я опустилась на колени рядом с девочкой, — а почему ты решила рассказать нам что-то только сейчас?
— Я думала, вы и так найдете кто убил папу.
Как только она начала поднимать глаза, то столкнулась с напряженным взглядом Дениса на нее и, испугавшись, спрятала лицо за плюшевую игрушку. Я цыкнула на своего напарника, и тот, закатив глаза, отвернулся.
— А почему ты не захотела говорить дяде полицейскому?
— Я боюсь дядей, — пробурчала она в зайца.
— Амалия, что за глупости! — воскликнула мама девочки, укоризненно посмотрев на дочь. — Это у нее недавно началось…
— Валерия, может, вы подождёте в соседней комнате? — резким тоном спросил Денис.
— Нет, моя дочь несовершеннолетняя и я буду присутствовать при допросе.
—Хорошо, — вмешалась я, пока эти двое не стали ругаться прямо при ребенке и не успели напугать и так забитую малышку. — Только без комментариев, пожалуйста. Амалия, скажи, а с какого момента ты стала бояться дядей? Тебя кто-то напугал?
Девочка отняла от лица игрушку и посмотрела на меня красными от слез глазами.
— С того дня, как убили папу.
—Ты видела этого дядю? — как можно более осторожно спросила я.
— Да.
Пульс участился. Мне потребовалось пару секунд, чтобы собраться с мыслями и взять себя в руки. Хоть мне и удалось сохранить невозмутимый вид, но на самом деле хотелось кричать и танцевать от радости, что у нас появилась зацепка в деле и свидетель.
— Этот дядя был в маске?
— Нет.
Забрезжил свет в конце тоннеля. Неужели мы скоро поймаем убийцу?
— И ты запомнила, как он выглядел?
Девочка пожала плечами.
Свет погас, но надежда, что ребенок мог запомнить какие-то другие отличительные черты, все еще теплилась в душе.
— Амалия, ты что, видела убийцу своего отца?! — Валерия схватила дочку за локоть, резко повернув к себе. — Почему ты раньше не сказала?! Чем ты думала?!
— Я боялась, что ты будешь ругаться, — промямлила она, снова уткнувшись от страха в игрушку.
На момент ее мать растерялась и быстро заморгала, хлопая длинными ресницами, смотря на дочь.
— Из-за чего?
— Из-за того, что я съела конфеты, — нехотя призналась девочка, захныкав.
— Какие ещё конфеты?
— Которые дал тот дядя, чтобы я его впустила через дверь на кухне.
В гостиной воцарилась тишина. Я даже могла отчетливо представить, как мысленно крепко ругнулся мой напарник.
Валерия побледнела на глазах, отчего алая помада на ее губах стала казаться еще ярче. Она разжала пальцы, отпуская локоть девочки. Почувствовав свободу, Амалия отсела чуть дальше от своей матери.
— Ты что сделала? — еле слышно спросила хозяйка дома, потрясенная услышанным, но быстро придя в себя, закричала. — Амалия, как ты могла открыть дверь незнакомцу из-за конфет?!
— А нечего было их от меня прятать! — завизжала девочка, бросая на пол свою игрушку.
— О господи! — женщина уткнулась в собственные ладони, громко всхлипнув.
Этого нам еще не хватало…
Я посмотрела на Дениса, не зная, что делать в такой ситуации. Тот посмотрел на развернувшуюся перед нами картину, поморщившись. Он тихонько выругался, но по его губам четко читалось «твою мать».