Артур опустился на одно колено передо мной, и его теплые заботливые руки коснулись моих плеч. Я увидела в его глазах беспокойство, но что-то ещё — решимость защитить меня. Ему было важно, чтобы мне было комфортно, и это дало хотя бы каплю надежды.
— Алина, посмотри на меня, — сказал он, заставив меня встретиться с его взглядом. — Всё будет хорошо. Ты в безопасности.
— Да-да, прошу тебя, давай уйдем,— произнесла я, глядя в его глаза, полные заботы и поддержки. — Я больше не могу здесь находиться…
Глава 20
Алина
Меня ещё потряхивало от произошедшего, но, обняв себя за плечи, я старалась держать себя в руках и не показывать своих истинных переживаний, чтобы не вывести на эмоции и так размеренного Артура.
Нескольким парням из службы охраны досталось прямо там за то, что не уследили за чокнутой фанаткой. Одному он сломал нос, у второго обеспечил вывих плеча.
Всю дорогу от арены до полицейского участка Артур провел на телефоне, обсуждая решение сложившихся проблем.
Сейчас я смотрела прямо в глаза негодяйке, пытаясь найти в них хоть каплю раскаяния. Но нет. Его там не было.
Развалившись на стуле в допросной, она продолжала жевать одну и ту же жвачку, надувая и лопая пузыри, от звука которого каждый нерв натягивался, как струна. Вторым ее занятием было накручивать короткую прядь черных волос на палец. Девчонка скучающе смотрела на зеркало перед собой, не видя меня, но наверняка зная, что за ней следят через зеркало-шпион.
— Ты так дыру в ней просмотришь, — прокомментировал Костя, встав рядом.
Он примчался в отделение полиции практически одновременно с нами.
Артур был тем, кто позвонил моему брату и оповестил о том, что на его сестру было совершено покушение.
— Что творится у них в голове? —размышляя вслух, я продолжала смотреть на девчонку, которой едва исполнилось восемнадцать. — У неё вся жизнь впереди. А если бы вместо воды оказалась кислота? Это от двух до пятнадцати лет лишения свободы.
Брат тихонько усмехнулся, сложив руки в карманы брюк.
— Когда человек кого-то любит и делает это искренне и без оглядки, он не думает о себе и окружающих. Это становится похоже на зависимость или даже одержимость. Но разве такие сильные чувства — это плохо?
— Да, если они граничат с уголовным кодексом. Тем более, — я понизила голос насколько тихо, чтобы меня услышал лишь брат, и, удостоверившись, что мой парень все еще висит на телефоне, продолжила — такие девочки влюбляются в картинку. Она же не знает настоящего Артура.
Костя внимательно посмотрел на меня сверху вниз, нахмурив брови.
— Говоришь так, будто бы Артур тиран и деспот.
— Нет, что ты. Он, конечно, иногда бывает груб, но...
— Алина, с Артуром ты в безопасности, — вдруг жёстко произнёс он, не сводя с меня пристального взгляда. — И если бы я хоть на секунду засомневался в этом, то никогда бы не сводил вас.
Слова брата не успокаивали. Наоборот, слово "безопасность" сработало, как триггер. Воздуха не хватало, по телу прокатилась волна жара.
Я уже давно ни с кем не чувствовала себя в безопасности…
Лишь иногда вместе с Денисом я не ощущала ту гудящую тревогу и могла спокойно дышать, выходить от отделения, не оглядываясь.
— Ты прав, — я натянула на лицо фальшивую улыбку. — Я просто разволновалась. Сам понимаешь.
Вдруг дверь открылась так резко и сильно, что ручка ударилась об стену.
— С-с вами всё хорошо? — задыхаясь и заикаясь, спросил Ванюша, залетев в допросную.
—Да-а, — протянула я, немного оторопев от такой реакции своего младшего коллеги. — Меня совсем не задело. Откуда ты узнал? У тебя же вроде выходной.
— Ну, кто-то же должен работать, пока ты развлекаешься по клубам, — лениво произнёс Денис, появившись в дверях.
Сердце на пару секунд забилось чаще.
Прошло всего пять дней с момента нападения, а он уже вышел в отдел, никого не предупредив.
Денис смотрел прямо на меня в полной тишине, игнорируя присутствие остальных, и это казалось настолько интимным, словно мы творили с ним какие-то непристойности на глазах у всех.