«Чай там кстати тоже готовят вкусный, как и пирожное», - добавил я.
«Люблю пирожное…» - она так вкусно это произнесла.
«Ты сладкоежка?» - умиленно спросил я.
«Ага», - она улыбнулась и быстро отвернула голову в сторону.
Наверное, чтобы скрыть румянец. Мне хотелось так думать.
Мы подошли к Каловому мосту и вдруг она остановилась. Давай постоим здесь немного. Мне так нравится этот вид. Не зря именно этот ракурс чаще всего мелькает на картинах местных художников.
«Да, вид, манящий», - проговорил я, смотря в этот момент исключительно на Катарину, а не открывшийся вид.
«Прогуливаясь по Карловому мосту, ощущаешь простор и величие, но с каким-то оттенком простоты, не находишь?» - спросила она.
Она манила, манила меня. Подушечки пальцев снова стало покалывать. Я даже не сразу поняла, что я задумался, а она задала мне вопрос.
«Нет, не сказал бы», - немного рассеяно наконец ответил я.
«Мне больше нравится Карлов мост, за то, что с него открывается прекрасный вид на Пражский град, в центре которого величественно возвышается Собор Святого Вита. Стоя здесь, я не ощущаю здесь простоту, только фундаментальную и незыблемую мощь многих веков».
Она кивнула.
Мы постояли так еще немного, любуясь видом.
Мне нравилось, что Катарина никуда не торопиться. Это хороший знак.
«Ну все, пойдем. А то мы не дойдем до кофейни. Я готова этот вид созерцать часами. Поверь, я нисколько не преувеличиваю», - извиняющимся топом произнесла Катарина.
«Пойдем», - усмехнулся я.
Она была такой открытой, такой искренней.
Когда мы зашли в кофейню, я сразу обратил внимание, сколько столиков занято, а сколько нет. На мое счастье, людей в кофейни было немного. Это означало, что мы спокойно проведем здесь время и нам никто и ничто не помешает.
Как я и рассчитывал, Катарине очень понравилась атмосфера кофейни.
Было забавно наблюдать, как она стояла у витрины с пирожными, готовая попробовать все, но сдерживающая себя.
В итоге выбор был остановлен на трех пирожных для нее и одном для меня - моем самом любимом пирожном, которое я любил есть с кофе.
Смотреть на то, как Катарина есть пирожные, стало настоящей пыткой для меня.
Она закрывала глаза и издавала тихие стоны, смакуя прекрасные вкусы свежих пирожных. Я был готов сам съесть Катарину.
Она рассказала мне о семье, и своих младших братьях, об учебе в институте, почему выбрала именно Институт финансов и управления, хотя любила моду.
Я был готов слушать ее нежный и мягкий голос часами. Что я и делал, периодически дозаказывая нам кофе и пирожные. Мы не заметили, как наступили сумерки. Было пора возвращаться по домам.
«Нам пора», - мне послышалась тоска в ее голосе.
Но она тут же улыбнулась мне.
«Да, пора», - нехотя согласился я, подозвал официанта, чтобы расплатиться.
И уже через пару минут мы были на улице.
«Я подвезу тебя домой, если готова пройтись пешком через центр тем же маршрутом».
Катарина задумалась.
«Хотя выбора у тебя все равно нет, ведь подарок для твоего брата у меня в машине», - я коварно улыбнулся и повел плечами.
По ее реакции я понял, что она уже и забыла про купленный подарок.
«Да, выбор без выбора», - сказала она, слегка смущаясь.
«Мне нравится Прага в сумерках. Это красиво и всегда не повторимо», - вдруг призналась она.
Я улыбнулся ей самой широкой улыбкой, на которую был способен.
Мне хотелось взять ее за руку, но я боялся спугнуть ее.
Поэтому я шел, держа руки в карманах куртки.
Глава 28.2.
Добрый день, дорогие читатели!
Выкладываю новую проду.
Сегодня она от лица Эдуарда)
Эдуард.
Мы застали последние лучи уходящего солнца будучи на Карловом мосту.
«В сумерках в этом городе у меня обычно возникает ощущение волшебства. Словно вот-вот оживут легенды и тайны этого города. Кажется, еще мгновение и эти статуи на мосту тоже оживут, сойдут со своих пьедесталов и затеряются среди прохожих…» - проговорил я.
«У меня такое же чувство. Они настолько реально выглядят, словно живые», - поддержала меня Катарина.
Мы было хотели пойти дальше, как вдруг услышали звуки хлопков.
Оба обернулись в их сторону и увидели фейерверк.
Огненные цветы распускались в сумрачном небе один за другим.
Это было волшебно.
Мы подошли с Катариной к перилам. И пока она была полностью поглощена прекрасным видом, я уличил момент и вдохнул аромат ее золотых волос.