Так, в сущности, и обстояло дело. Со дня развода, произошедшего два года назад, она ни разу ни с кем не встречалась. Порой Хейли подумывала пойти на свидание с кем-нибудь из знакомых мужчин, но неизменно отказывалась от этого намерения, опасаясь, что подобная встреча может иметь продолжение. В конце концов она привыкла к одиночеству.
Хейли тщательно подбирала наряд и остановилась на красной шелковой блузке и джинсах, под которые надела черные кружевные трусики и бюстгальтер. Позволила она себе также и несколько более яркий, чем обычно, макияж, потом поэкспериментировала с ровно остриженными волосами, но решила оставить их просто распущенными. И наконец, с приятным ощущением риска открыла флакон «Норелл», купленный Линной, слегка надушила волосы за ушами и ложбинку между грудей.
– Раздели это со мной, Линна, – сказала она вслух, прекрасно отдавая себе отчет в том, что имеет в виду не только духи.
О, это искушение быть частичкой призрака, такой же необузданной, как он!
О’Брайен на несколько минут опоздал. В прошлый раз в свободном плаще он показался ей худым. Сейчас, когда он был в свитере грубой вязки и джинсах, стало видно, какие у него мускулистые руки и широкие плечи.
Как странно, что она в первую очередь обратила внимание на его сложение. Неужели она и впрямь готова вести себя как романтическая дурочка на первом свидании?
Но и Линна, мало склонная к романтическому восприятию действительности, обычно обращала внимание на мужскую фигуру. Хейли подавила улыбку и предложила гостю вина.
Пока она наливала вино в бокалы, Эд сделал ей комплимент по поводу нового облика ее комнаты и вышел на балкон. Присоединившись к нему, она увидела, что он, перегнувшись через перила, разглядывает людей, входящих и выходящих из кафе.
– Сразу по приезде в город я часто обедал здесь, – объяснил он. – В то время заведение Фрэнка представляло собой лишь грязную забегаловку. Но со специями он и тогда творил чудеса. Приятно видеть, когда талант находит свое воплощение.
– А после случившегося вы больше здесь не бывали?
– Один раз. Я надеялся, что это станет особым событием.
– Стало?
– Нет, не получилось. – Он хотел было добавить что-то еще, но неожиданно сменил тему. – Вы были замужем? – спросил он, интонационно подчеркнув это «вы».
– Была. Все закончилось… пристойно.
– А дети?
– Нет. – Ей хотелось поговорить об этом. Отчаянно хотелось. Может, когда-нибудь позже, если не с Эдом, то с кем-нибудь еще. – А у вас? – спросила она.
– Девочка, Уилли. Сегодня ей исполнилось тринадцать. До сего дня я не пропустил ни одного дня ее рождения, но моя жена… моя бывшая жена… переехала в Сент-Луис, чтобы быть поближе к своей матери, и забрала Уилли с собой. Слышал только, что она снова собирается выйти замуж.
Значит, ему нужен кто-то для компании. Эта мысль не обидела ее. Несомненно, у него был выбор.
– Вы недавно разошлись? – поинтересовалась она.
– Семь лет назад. – Он не стал вдаваться в подробности, заметил только, что жена слишком тревожилась из-за его работы, хотела, чтобы он сменил ее, но он любит свою профессию. – А вы? Как давно вы в разводе?
– Почти два года. – Интересно, будет ли она через семь лет чувствовать ту же пронзительную боль, какую уловила в голосе Эда О’Брайена? Скорее всего нет. У них были разные обстоятельства. Ее с Биллом больше ничто не объединяло. – Мне не хочется об этом говорить, – призналась она.
Он тряхнул головой и смущенно улыбнулся.
– Вы и так проявили удивительную терпимость, – сказал он, глядя на красный закат за ее спиной – предвестник ночи. – Ну что, пошли? – предложил он и осушил свой бокал.
Хейли надела кожаный пиджак. В Висконсине она носила его осенью, здесь он годился и на зиму.
Они начали с самого отдаленного места – с маленькой таверны и танцзала на Робертсон-стрит, к западу от Наполеон-стрит. Хотя здесь имелись сцена и танцевальная площадка, для выступления музыкантов было слишком рано, и в баре собралось лишь несколько ранних посетителей, большинство в рабочей одежде. Они сидели, обхватив ладонями стаканы и бутылки с местным пивом.
Пока О’Брайен ходил за пивом, Хейли обогнула танцплощадку, разглядывая фотографии игравших здесь музыкантов.
– Линна любила оркестры с ударными, – сказал он. – Джо говорил, они всегда ходили сюда, когда здесь играл этот оркестр. – Он указал на снимок рок-группы. Перед оркестром посреди сцены стояла женщина, судя по всему, обнаженная до пояса: ее грудь прикрывали длинные волосы. Разобрать, что было написано под снимком, не представлялось возможным.