Мне казалось, что вот прямо здесь и сейчас рухну в обморок. Под ногами пустота, я могла упасть туда и лететь, на ходу ломая кости о ветки и торчащие обломки скалы. Я вцепилась в руку Артура, сама не осознавая, что делаю.
– Боишься? – вдруг спросил он. Я не так боялась, ощущая пальцами его каменные мышцы. Он и был для меня горой, только не зелено–золотой, а злобно–хмурой, вечно недовольной. Но часть страха словно куда-то исчезло.
– Нормально, – выдохнул я.
– Такие мажорки, как ты, не ценят всего этого, – произнёс он и опять задел меня за живое.
– Вы меня не знаете, – повторила я то, что уже говорила.
Артур отошел от края, выражение лица было уже не такое, как утром за завтраком. Оно стало легче, мягче. Я аккуратно сделала пару шагов назад, все ещё держа его за руку. Мужчина отдернул ее, высвобождаясь.
Я с трудом раздала затёкшие и побелевшие пальцы, ноги подогнулись и я села, вытянув их. Почувствовала твердую почву, стало легче. Но пропасть впереди никуда не делась. Артур сел рядом на корточки и закурил.
– Ну, и чего же я не знаю? – задал вопрос и выдохнул дым в противоположную от меня сторону. Ну, спасибо.
– Мою жизнь. И какой я человек, – ответила я.
– А мне оно надо?
Действительно. С чего ему вообще надо знать что-то обо мне, плевать он хотел на все, что меня касается.
– Тогда и оскорблять не нужно, – обиделась я.
– Мое мнение о тебе не изменится, но то, что ты дошла сюда и не разревелась, удивило, так и быть.
– Вы умудряетесь испортить даже такой момент, – возмутилась я.
Артур придвинулся ближе, грубо взял меня за подбородок, развернул к себе и требовательно впился своими губами в мои.
Глава 15
Полина
Его губы прижались к моим, он жадно целовал, играя языком. Мне стало очень жарко, и я почувствовала себя слабой в его крепких объятиях. Расслабила губы, и он терзал их, пока я не соизволила робко ответить. Поплыла, кажется, что я на краю той самой пропасти и лечу в неё. Падаю. Пальцы Артура сжали шею, и притянули к себе. Что ты делаешь…Что ты, дура, делаешь?!
Оттолкнула от себя Артура, но его напор был слишком сильный. Ещё немного и мужчина повалит меня на землю и ляжет сверху. Свободная рука Артура уже забралась под футболку и уже во всю гуляет по моему телу, сжимает грудь и спускается ниже. Что бы остановить это безумие, я укусила его за губу, он зарычал и резко отстранился.
– Охерела?
– Все не правильно, так не должно быть, – взволновано сказала я, словно в забытье. Дыхание сбилось, облизалагубы, чувствуя вкус и запах Артура, пьянящий и ненавистный. – Отвезите меня в посёлок. Немедленно.
Артур смотрел взглядом дикого зверя, я боялась, что он швырнёт меня со скалы вниз и если честно, так было бы даже лучше. Потому что я поддалась ему, это всё горный воздух, переизбыток эмоций. Развлеклись и хватит.
Артур поднялся и пнул землю ногой так, что я подскочила. Его взгляд был полон неприязни, желваки гуляли волнами на широких скулах.
– Да пошла ты на хуй, мажорка.
Он плюнул и пошел быстрым шагом прочь от меня, я быстро вскочила, опасаясь отстать и заблудиться. Артур забыл куртку, и я быстро надела ее на себя. Правильно ли сделала, что остановила его, что если надо было просто расслабиться? Мои щёки пылали, горели огнём от стыда за нахлынувшее возбуждение.
Как раньше уже не будет, своим поцелуем он подвёл черту под моей прошлой жизнью. Что теперь делать, как смотреть в глаза собственному отражению? Моё возбуждение это главное доказательство того, что я повелась на поцелуй, годами думая, что такие песни не обо мне и связи с незнакомцами никогда не принесут удовольствия
Еле успела за мелькающим силуэтом, грозно ступающему по лесу. Ветки били по лицу, а я не чувствовала боли, только смятение и вкус губ Артура. Поездка, перевернувшая жизнь, загнавшая меня в угол как жертву, наконец-то подходит к концу.
Я чуть ли не покатилась кубарем с тропы, когда увидела, что Артур уже заводит мотоцикл. Прибежала и запрыгнула сзади. Я не знала браться за него или нет, какая будет реакция? В итоге я взяла Артура за плечи и не решилась прижиматься. Кажется, что эта пропасть между нами останется навсегда.
Артур молчал всю дорогу и, высадив меня на остановке у какого-то деревенского магазина, медлил и не уезжал. А меня вдруг разобрала такая злость, которой я никогда не испытывала даже по отношению к отцу.
– И что, бросите меня вот так? Просто возьмёте и уедете? – высокомерно спросила я. – После того как еще им послана на три буквы.
– Да, – равнодушно ответил Артур.
– То есть, это показное, игра, да? Тогда чего вы ждёте и не уезжаете?