Беатрис с завистью смотрела, как ловко Эжен разливает вино по бокалам, снимает крышки с блюд и с улыбкой поглядывает на принесенные официантом кушанья. После его прикосновения ее всю трясло и она боялась взять бокал, чтобы не пролить содержимое на скатерть. Мысль о еде вызывала ужас.
Сегодня Эжен был одет просто — черные брюки и черный свитер с треугольным вырезом, откуда выглядывал белоснежный воротничок рубашки. В аскетическом обрамлении он казался красивей и моложе… И так походил на себя несколько лет назад, что Беатрис захотелось, как прежде, сесть к нему на колени, взъерошить волосы и поцеловать в плотно сжатые губы.
Официант разложил еду по тарелкам — девушка не удосужилась разглядеть, что это такое, — и бесшумно удалился. Как только они остались одни, Беатрис решилась на первый выпад, памятуя о древней мудрости, что лучший способ защиты это нападение.
— Итак, ты пригласил меня, чтобы обсудить условия моего временного пребывания в качестве твоей любовницы. — Она приложила все усилия, чтобы по тону Эжену Делакруа стало ясно, что он такой же долгожданный гость в ее девичьей постели, как зеленая лягушка.
В ответ он хмыкнул и приподнял одну бровь.
— Насчет любовницы говорить пока рано, — хладнокровно заметил Эжен, нанизал на вилку маслину и отпил глоток вина. — Надеюсь, заграничный паспорт у тебя есть?
Пренебрежительный тон задел ее. Но разве может он говорить иначе, если презирает свою бывшую подружку. Стараясь не отставать, девушка ответила с вызовом:
— Естественно, что за вопрос. Зачем он тебе нужен?
— В конце недели мы отправимся в мой дом на юге Франции. Ближайшие несколько дней я буду работать с моими юристами и финансовыми экспертами, чтобы вытащить «Шеннон риелти» из той ямы, в которую вы умудрились угодить. Следующий раз мы увидимся утром в пятницу. Я заберу тебя из дома по пути в аэропорт. Будь любезна собраться. Ждать я не стану.
Беатрис вспомнила, как во время утреннего разговора отец что-то говорил о Лазурном береге. Тогда она не обратила на это внимания, опасаясь лишиться того сокровища, которого еще никогда не получала, — одобрения и похвалы родителя. Да, еще он попросил освободить рабочее место, значит, в ее услугах в качестве руководителя отдела продаж компания больше не нуждается.
Сердце девушки тревожно забилось. С момента появления Эжена у нее явно начались проблемы с давлением: пульс так и скачет. Она с трудом представляла, как сможет противиться желаниям своего тела на весенней Ривьере, где каждая травка, каждый цветок шепчет о любви. Дома, в холодной и туманной Англии, еще удается сохранять лицо, но на юге ее ждет полный провал.
Беатрис медленно отложила вилку и подняла на собеседника холодный взгляд.
— Поправь меня, если я что-то не так поняла, но мне казалось, что ни о какой поездке ни в какую Францию речь не шла. Я полагала…
— Полагала, что пару раз переспишь со мной, пока я здесь, и отделаешься? — сухо перебил ее Эжен, промокнув губы салфеткой. — Ничего не выйдет. Ты заплатишь мне так, как я того захочу и где я захочу.
Нет, маленькая распутница не посмеет вести себя так, будто ей безразлично — заниматься любовью или, например, стирать. Она будет умолять его о близости, гореть от страсти, как пять лет назад, самозабвенно шептать его имя. Тогда он возьмет ее и наконец-то освободится от долго сдерживаемого желания и гнева, которые не покидали его столько лет. А потом отправит обратно домой. Пусть узнает, какова на вкус отвергнутая любовь.
От внимания Беатрис не ускользнул темный румянец, вспыхнувший на щеках Эжена, серые глаза недобро блеснули, напоминая взгляд хищника в засаде. Боже мой, подумала девушка, неужели мне суждено стать игрушкой в руках этого сумасшедшего? Кажется, пришло время самой ставить условия и фиксировать их документально. Пускай забирает, что ему нужно, и отправляется туда, откуда пришел. Или, может быть, он передумает? Лишь бы только не расторг договор о продлении кредита с «Шеннон риелти».
Но в глубине души Беатрис знала, что не хочет его отпускать. В сердце жила наивная надежда на ответную любовь. Настоящую любовь. Пять лет назад, как выяснилось, он просто развлекался со смешной девчонкой, говорил ей всякие глупости и с наслаждением смотрел, как она поддается его чарам. Быть может, он вовсе и не работал, а вечера проводил в компании роскошных красавиц, которые умеют доставить мужчине удовольствие.