Точно через четыре минуты Яковлев включает еще один счетчик времени; в это мгновение «Восток-9» пролетает над Бермудами. Высота полета русского корабля сто семьдесят километров.
Точно через шесть минут Яковлев выключает этот счетчик: над Бермудами пролетел «Меркурий-7». Высота полета американской капсулы точно сто семьдесят километров.
Теперь оба корабля разделяет отрезок времени в две минуты — сто двадцать секунд. Его можно выразить и расстоянием, которое корабли пролетают за это время, почти тысяча километров.
Если русские рассчитали свой маневр с точнейшим учетом орбитальной механики, то на следующем витке этот двухминутный разрыв будет сведен на нет над той же самой точкой земной поверхности.
Корабли удаляются от Бермудских островов. Расстояние между ними быстро увеличивается. «Восток-9» движется с большей скоростью и оставляет «Меркурий» позади.
Через двадцать минут с начала нового отсчета времени корабли уже над Центральной Африкой.
Приблизительно через шестьдесят минут внизу Австралия. Корабли находятся далеко друг от друга, когда «Восток» проходит на высоте свыше пятисот километров над американскими станциями слежения.
Андрей Яковлев ждет благоприятного момента. Инстинктивно он еще раз окидывает взглядом приборы. Все в полной готовности.
Космонавт бросает взгляд вниз, на Тихий океан. На площади в несколько тысяч квадратных километров бушует свирепый шторм, устрашающе сверкают молнии в верхних слоях облаков; зрелище это удивительно похоже на далекие разрывы зенитных снарядов. Но у космонавта нет времени созерцать явления природы. Сейчас он пройдет над судном слежения в Тихом океане, после чего передаст доклад и, конечно, примет последние инструкции с Байконура.
Два корабля несутся над планетой. Начинает проявляться действие неумолимых законов строго рассчитанного орбитального полета. На экране пункта управления на мысе Кеннеди это можно проследить по светящимся точкам, воспроизводящим движение американского и советского кораблей.
Они заканчивают первый виток по совместной орбите.
Оба корабля проходят почти в ста пятидесяти километрах южнее Гуаймаса, в Мексике. «Восток-9» мчится под другим углом к Земле, апогей его орбиты выше, поэтому у него выше и скорость, и ускорение на участке перехода к перигею. Южнее Гуаймаса русский корабль чуть впереди и выше «Меркурия-7».
Затем путь его пролегает между Уайт-Сэндсом, в штате Нью-Мехико, и мысом Кеннеди. Для Андрея Яковлева вновь наступил решающий момент — он готовится еще раз вмешаться в действие сил, удерживающих его на орбите.
Уайт-Сэндс позади… «Меркурий-7» догоняет «Восток-9», а затем уходит вперед, опережая советский корабль.
— Станция Эглин, я — Седьмой. О'кей, слышу вас хорошо. Вижу ли я его? Как на ладони. Могу даже различить его детали невооруженным глазом. Погодите…
Я сейчас возьму бинокль. Бог мой, ну и громадина! Ясно вижу хвостовое кольцо. Мне кажется, он всего в полутора километрах от меня…
— Он очень близко от тебя. По нашему радару между вами чуть меньше двух километров. А что он там делает, твой дружок?
— Трудно сказать. С виду вроде бы ничего… Ч-черт!
— Дик! Что случилось?
— У-у-ух… прямо будто по глазам ударило! Ну и резануло!
— Что с тобой, Дик?
— Порядок. Без паники. Наш друг включил наружный свет, только и всего. Я смотрел на него в бинокль, и в этот момент он включил несколько очень, очень ярких фар. Светят как дуговые лампы. Чертовски яркие. Свет голубовато-белый. Очень часто включаются и выключаются. Похоже на праздничную иллюминацию. Фар, по-моему, четыре, они включаются не одновременно. Передай ребятам, пусть не беспокоятся, что я не замечу этот корабль — с такими огнями его не прозеваешь.
— Ясно, Седьмой. Ты начинаешь затухать. Переключайся на Мыс. Станция Эглин связь закончила.
— Мыс, я — «Меркурий-7».
— Седьмой! Слышим тебя громко и ясно.
— Привет, Спенс. Мой друг по-прежнему примерно в полутора километрах от меня. Ничего нового после доклада на Эглин. Хотя нет — погоди! Что-то там виднеется в свете фар. Кажется… ну, конечно же — он включил двигатели. Струи в свете фар похожи на снопы сверкающих искр. Он меняет ориентацию корабля. Ага… опустил нос, а сейчас начинает разворачиваться. Расстояние как будто то же. Но расположение фар изменилось. Он… кажется, он повернул корабль носом на меня. Отсюда фары образуют кольцо вокруг корабля. Похоже, он собирается что-то предпринять… Сопла снова заработали. Короткие вспышки. Видно, он пытается зафиксировать новую ориентацию. Чертовски хочется поговорить с этим парнем… В моем положении его компания весьма кстати.