Мы оказались в просторной комнате, светлой и теплой. Я отстранилась и обняла себя за плечи, чтобы унять дрожь.
— Я звала тебя. Я так звала тебя…
Румпельштильцхен смотрел на меня внимательно, и на его лице читались откровенное беспокойство и вина.
— Я слышу не все голоса, а только тех, кто отчаянно желает заключить со мной сделку.
— Но ты услышал меня?
— Нет.
Я потихоньку начала успокаиваться.
— Тогда как…
— Внезапно я почувствовал острую необходимость увидеть тебя. Прости. Прости, что не пришел раньше. Что с тобой случилось? — он протянул руку и осторожно убрал волосы с моего лица.
В зеркале, которое находилось у стены, я увидела, как на шее выделяются следы от рук Гастона. На запястьях тоже были отметины от веревки, а ноги измазаны в земле, так что я уже испачкала ковер.
В голосе Румпеля засквозила нешуточная угроза.
— Кто это сделал?
— Уже не важно. Мне… Не против, если я воспользуюсь ванной?
Он щелкнул пальцами, и вся грязь мигом исчезла: кожа почти засверкала чистотой, однако я знала, что не отмылась, не смыла произошедшее. Мне по-прежнему нужна была вода, и Румпель это понимал:
— Пойдем.
Он отвел меня в комнату с небольшим бассейном, наполненным серебристой водой.
— Я буду ждать за дверью. Сообщи, когда закончишь.
— Нет… — поспешно сказала я. — Останься. Не хочу быть одна.
— Конечно.
Я расстегнула плащ и прямо в платье прыгнула в теплую, ласковую воду, затем вынырнула и села на выложенные камни, окружающие бассейн.
Капли падали с волос и гипнотизирующе ударялись о водную гладь. Какое-то время я просто наблюдала за ними, опустив голову. Румпель сел рядом, погрузив ноги по колено в бассейн, и тоже молчал. Мое сердце наконец замедлилось.
— Спасибо. — я прислонилась к его плечу, а он осторожно обнял меня. А затем трепетно поцеловал в макушку.
— Неудачный у тебя выдался день, да?
— Чертовски неудачный.
— Я могу чем-то помочь?
Я усмехнулась: Румпельштильцхен обращался со мной, как с фарфоровой. Никогда он не был таким чутким и настороженным. И это окончательно растопило мое сердце, заставив почувствовать себя почти обнаженной.
— Ты уже помог.
Румпельштильцхен ощутимее сжал мое плечо.
— Ответь, кто посмел навредить тебе?
Я вздохнула и всё рассказала. Проще говоря, наябедничала, но, что самое главное, стало гораздо легче, будто колдун забрал груз произошедшего, и страшные события отдалились, превратившись в воспоминания прошлого.
— Ты могла погибнуть, — после долгого молчания тихо произнес Румпель и пронзительно на меня взглянул. — И я бы даже не узнал о том, что произошло.
Что-то снова неуловимо изменилось. В воздухе и между нами.
— Ну не драматизируй, — хмыкнула я. — От меня так просто не избавишься. Если бы не ты, так я сама бы себя спасла.
Румпель приблизился к моим губам и ласково поцеловал их.
— Знаешь, чего я сейчас желаю больше всего на свете? — спросил он.
— Мирового господства?
— Нет, я хочу оставить тебя в своем доме и не спускать глаз, оберегать, баловать и никому не отдавать.
В груди нестерпимо зажгло и закровоточила какая-то старая рана: недолюбленность, одиночество и слабость. Жаль, что мы с Румпелем не встретились при других обстоятельствах или в другом мире. Может, тогда я бы и смогла позволить себе по-настоящему влюбиться?
Нет, это неправильные мысли.
— Покажешь свой дом?
— С удовольствием.
Признаться честно, самая извращенная часть меня хотела бы, чтобы он начал экскурсию со спальни, но Румпельштильцхен вместо нее отвел в кабинет, который скорее походил на библиотеку или музей. Подойдя к одной из полок, я обратила внимание на золотой маленький чайник, на вид очень старинный и дорогой.
— Это лампа джина?
Колдун подошел и обнял меня за талию, уткнувшись носом в затылок. Я почувствовала его руки на своем животе и закрыла глаза, стараясь сохранить это ощущение в памяти навсегда.
— Ты не перестаешь меня удивлять.
— Спасибо. — я улыбнулась. — Так в этой лампе и правда есть джин?
И сможет ли он вернуть меня домой?.. Эта идея сначала обрадовала, а потом ядовитой стрелой пронзила сердце. Я была не готова возвращаться сейчас. Только не сейчас.
— Нет, она пуста, — ответил Румпель, — уже очень-очень много лет. А что, неужели ты хотела загадать желания?
— Конечно, хотела.
— И какие же? Уверен, я смогу исполнить любое. Зачем тебе джин, если у тебя уже есть я?
— Прости, но я из принципа не собираюсь прибегать к твоим услугам, не хочу, чтобы мне потом навязали еще несколько сделок.