— Это я во всем виновата, — тихо прошептала девушка напротив, отнимая от лица руки и взирая с такой болью на меня, что по моей спине прогулялся холодок.
— Нет, что ты, милая, придумала, — ласково сказал Перовский, гладя свою жену, как ребенка по голове.
— Я так бы хотела очутиться рядом с ними в этот день и в грядущую ночь, — задумчиво сказала настоящая Габриэль, спустя некоторое время.
Она машинально помешивала уже давно остывший чай и опустошенно смотрела в свою чашку. В глазах была абсолютная пустота и смирение со случившимся. Немного помочав, она тихо продолжила:
— Ах, как бы мне хотелось, побыть хоть минуточку с маменькой и папенькой. Повидать сестрицу. Я даже не подозревала, что так соскучилась по ним. Ах, что же мне делать?! Как быть?! Я хоть попрощалась бы с батюшкой, если ему уготовано умереть этой ночью. Вот только как же это сделать?
Госпожа Перовская задумчиво перевела взгляд на меня, и мы еще некоторое время тупо пялились друг на друга. В моей голове звенела какая-то настойчивая мысль, но все никак не могла понять, что это за идея. Она упорно стучалась в мое сознание, но слишком насыщенный волнениями день не давал сообразить что к чему. Внезапно Перовский расхохотался и стукнул себя по лбу. Мы, включая Марфу, удивленно воззрились на Станислава и не могли понять причину столь неуместного веселья. Особенно красноречивым был взгляд его молодой супруги.
— Нет, нет, милая женушка. С моей психикой все в порядке, — выдавил из себя сквозь тихий смех Перовский. — Просто ответ так очевиден. Ты и Эля похожи между собой как две капли воды, так почему же вам вновь не обменяться местами?
Его супруга непонимающе уставилась на молодого мужчину и нахмурилась.
— То есть, как это обменяться местами? — до нее все еще не доходил смысл намечающейся аферы.
Я же, широко улыбнувшись, понимающе подхватила:
— А почему бы и нет! Ведь смогла же я изобразить вас, госпожа Софья Перовская. Вы бы могли на эту ночь вернуться в отчий дом и на какое-то время быть самой собой до замужества?
— А Эля, переночует в нашей комнате для гостей, — закончил за меня Перовский.
В этот момент до бывшей графини наконец-то полностью дошел смысл всего выше сказанного, и она тут же радостно рассмеялась и захлопала в ладоши, словно ребенок при виде новой игрушки.
— Превосходно! Просто прекрасно! — воскликнула она и звонко рассмеялась. — Я даже как-то сразу и не подумала об этом, а ведь мой муж прав!
Она от души поцеловала своего супруга в щеку.
— Ты у меня умница, — похвалила она его.
Станислав был как все мужчины — тут же расплылся в улыбке и радостно рассмеялся. Я тоже улыбнулась, но больше от предвкушения намечающейся аферы и от осознания того, что наконец-то сделала хоть что-то полезное в этом веке. Неловкость первых минут знакомства прошла и теперь в комнате воцарилась атмосфера семейного уюта, тепла, веселья и счастья. Внезапно в моей душе поселилось весьма неожиданное чувство единения с этими людьми, словно они тоже были частью моей семьи. У меня было такое ощущение, будто знаем мы друг друга давно.
Внезапно Софья Перовская помрачнела и печально прошептала:
— Станислав, мы совершенно забыли, что сегодня к нам на обед в семь вечера приедут заказчики твоего проекта.
Перовский сразу стал серьезным и задумчиво уставился на меня, словно ожидая от меня какого-то определенного ответа. Я немного поколебалась, но желание помочь Перовской победило всякие другие доводы и вопли моего здравого рассудка. У меня лишь мысленно возник вопрос в том, чтобы не дай Бог не изменить судьбу этих людей. Раз запланирована встреча, то она просто обязана была состояться.
— Раз так, значит, я помогу принять гостей, — согласилась я. — Просто думаю, нам с Софьей Николавной непременно надо подготовиться.
Перовский с огромным облегчением вздохнул и прибавил:
— Да, все одно. Заводчик, выкупивший мое изобретение и его компаньон, в жизни не видели мою жену, так что если они в дальнейшем и увидят Софью, то разницы особой не заметят.
Его жена буквально просияла, а молчавшая доселе Марфа неожиданно выдала:
— Ваш супруг прав, Габриэль Николавна, барышня Эля весьма схожа с вами. Все это время она вела себя натурально и очень схоже…
— Софья Наколавна, — поправила служанку госпожа Перовская. — Сколько надобно тебе говорить, Марфушка.