Он серьёзно подумал, что я – такая дура? Поддамся его чарам, а вечером как розовый пони прискачу в постель? Нет, погодите, какая постель? Наверное, собрался поставить меня на какой-нибудь вечеринке в туалете на колени, как ту девочку, про которую рассказала Таня.
Ну уж нет, Руслан Князев. Не получится. Ищи себе другую для развлечений. Тут ты не по адресу.
Звук вибрации снова доносится из сумки. Закатывая глаза с психом, достаю его. Очередной звонок от Демьяна прекращается как раз в тот момент, когда хочу принять вызов. Да, переступая через себя, но ради дяди. Хотя бы первое время нужно побыть паинькой.
На экране высвечиваются уведомления входящих сообщений, которые настрочил ранее:
Демьян: почему не берёшь трубку?
Демьян: Лиза?!
Демьян: Ты угораешь надо мной или как?
Демьян: АЛО ТРУБУ ПОДНИМИ!
Демьян: Не вынуждай рассказывать отцу.
Демьян: Проблем хочешь? Или в университете не понравилось, и ты ко мне под крылышко захотела?
Какой же... Грязные ругательства лезут на ум, я сдерживаю себя и молча закрываю мессенджер. Проигнорировать или перезвонить самой? Гордость кричит не делать этого, но мои мучения обрываются от очередного входящего звонка. Увидел, наверное, что сообщения прочла.
— Да, — рявкаю недовольно, прижимая гаджет к уху. Ничего поделать с тоном не могу, рвёт меня на части всю от неприязни.
— Соизволила ответить? — тоже не особо довольный голос Шведова-младшего.
— Что хотел? Говори быстрее, я занята, — чтобы хоть как-то отвлечь себя от мерзкого разговора, достаю со шкафа сумку-шоппер и кидаю на кровать.
— С невестой своей поговорить хотел, — делает особый акцент на удобных для него словах. — Почему трубки не берёшь?
— Занята была. Как смогла ответила. Ещё вопросы? — буквально выворачивает всю от нежелания слышать его и отвечать на тупые вопросы.
— Завтра подъеду. — На фоне шум голосов вперемешку с музыкой.
— Зачем? — замираю на месте, держа в руках прозрачную косметичку, в которую планирую сложить предметы для душа.
— Раз по телефону, любимая, общаться ты не хочешь, — от слова «любимая» меня в прямом смысле начинает тошнить. Прикладываю ладонь ко рту, сдерживая позыв. — Буду по вечерам приезжать. Покатаемся по городу, может, в гостиницу какую заедем, — зловещий тон Демьяна не предвещает ничего хорошего.
— Какую ещё гостиницу? — задерживаю дыхание, стараясь дышать через раз, иначе уделаю всю постель и стену собственной желчью.
— Ну ты маленькая, что ли, Лиза? Дурочку не строй, типа не понимаешь.
— Я занята по вечерам. Мне программу нужно нагонять, много пропустила. Некогда с тобой кататься по гостиницам, уж извини, — прикрываю глаза, призывая себя успокоиться. Нужно быть хитрее, не провоцировать его. Если продолжу игнорировать сообщения и звонки он вон как начинает действовать: угрозами.
— Демьян, ну ты где там? Мы уже заждались! Идём к на-а-а-м! — женский голос слышится в трубке. Весёлый и, кажется, подвыпивший.
— Завтра наберу, чтоб ответила сразу же. На выходных подъеду.
— Угу, — мычу, типа соглашаясь, и сбрасываю звонок. Швыряю телефон на кровать, будто он взорвётся сейчас в моих руках.
— Ненавижу! Ненавижу тебя, Демьян Шведов! Гостиницу? Ага, прям сейчас подъезжай! — нервно провожу рукой по волосам, хочется вырвать их с клочьями. В порыве пинаю кровать, ударяясь мизинцем. — Да будь всё проклято! — взвываю от боли и начинаю плакать. От отчаяния, бессилия. Чувствую, что меня загнали в тупик, зажали со всех сторон. Куда ни глянь, облава.
Нет, так дело не пойдёт. Если меня после каждого разговора со Шведовым будет колбасить, то я сума сойду.
Может йогой заняться или медитациями?
А может, лучше смириться с неизбежным?
Вздыхаю, вытираю слёзы и устало принимаюсь складывать в прозрачную сумочку косметичку: пенку для умывания, специальные шампунь и бальзам с вишнёвой отдушкой для кудрявых волос, мочалку-рукавичку, гель с цветочным ароматом и бритвенный станок. В валяющуюся на кровати сумку кладу увесистую косметичку, чистое нижнее бельё, пижаму с сердечками и салатовое полотенце.
Смотря на огромный баул, проскальзывает страшная мысль: теперь, мне каждый день нужно будет вот с таким набором ходить в душевую.
Лучше так, чем попасть в извращённые лапы Демьяна! Хоть пять раз на дню буду носить тяжёлые сумки. Зато свободная.
Всего на четыре года...
Паника и тошнота снова подступают, сигнализируя о приближающейся истерике.
Спокойно, Лиза. Дыши.