- Это мой новый эксперимент, - с ноткой гордости сказала мама. - «Молочная гроза». Никакой выпечки, просто сливки, желатин и немного терпения.
Я не удержалась от лёгкой улыбки.
- Инай, конечно, попросил что-то особенное, да?
- А как же, - усмехнулась мама. - Он сказал, что сегодня нужен “торт для мира”.
Я опустила взгляд на десерт, ощущая, как внутри на секунду стало теплее - будто в этом простом “быстром” торте действительно было что-то примиряющее.
Разглядывая торт, я вдруг осознала, что времени, похоже, прошло не так уж и много.
- Мама… значит, ты легла... - начала я, но она спокойно закончила за меня:
- Час назад.
- Да уж… - я моргнула, переводя взгляд с неё на десерт. - И когда ты успела поставить торт?
- Где-то полтора часа назад, - ответила мама, поправляя прядь волос, выпавшую из косы.
Я осторожно ткнула вилкой в поверхность торта. Лезвие легко прошло сквозь нежный слой крема.
- Странно, - пробормотала я. - Он уже достаточно хорошо застыл.
Мама лишь тепло улыбнулась - так, как она умела, будто бы в её взгляде всегда пряталось что-то большее, чем просто спокойствие.
- Да, - ответила она, не глядя прямо на меня. - Но я его ещё не пробовала. Не знаю, насколько он получился. Так что будем дегустировать все вместе.
С этими словами она достала из шкафа несколько небольших блюдец и столовые приборы. Движения её были лёгкими, отточенными - как будто она делала всё это на автомате, но при этом с каким-то тихим удовольствием.
Анхай всё это время молча наблюдал за нами, сидя чуть в стороне. Когда мама занялась раздачей тарелок, он наконец шевельнулся: аккуратно налил в чашки кипяток, заранее каждому засыпав по ложке чая. Мне - чуть больше сахара, маме - совсем немного. Себе же, не добавил ни крошки.
Пар от чайника окутал кухню мягким облаком, а в воздухе смешались запахи свежезаваренного чая. Я поймала себя на мысли, что обстановка вдруг стала какой-то странно домашней и уютной.
Я взяла на себя инициативу нарезать торт. Когда каждый получил по порции, за столом воцарилась уютная тишина - слышно было лишь тихий звон ложек и приглушённое тиканье часов на стене. В воздухе витал сладкий аромат ванили, смешанный с запахом заваренного чая.
Мы поблагодарили маму, и на несколько минут всё вокруг словно замерло в спокойствии домашнего вечера. Свет от лампы мягко ложился на лица, отражаясь в чашках и блестящих глазах.
Спустя немного времени Анхай, взглянув на закрытую дверь соседней комнаты, тихо произнёс:
- Инай спит? Завтра ведь в школу рано. В какой он сейчас класс ходит?
- Он ходит сейчас в четвёртый класс, - тихо произнесла мама, аккуратно ставя чашку на блюдце. От лёгкого звона фарфора по кухне прошёлся почти неуловимый отклик.
- Понятно, - кивнул Анхай, задумчиво глядя в кружку. - А как у него с учёбой? Хорошо справляется?
Я подняла взгляд на него, чуть нахмурившись. В его голосе не чувствовалось ни насмешки, ни особого интереса - скорее, искреннее любопытство, но всё же вопрос прозвучал неожиданно. Мама тоже оторвалась от торта и посмотрела на него с лёгким удивлением, словно пытаясь понять, куда он клонит.
- Мой братишка учится прекрасно, - ответила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, но лёгкая тень подозрительности всё же скользнула в интонации. - К чему ты вообще это всё спрашиваешь?
Анхай удивлённо приподнял брови и перевёл взгляд с меня на маму, потом снова на меня. Несколько секунд он просто молчал, будто подбирая слова, и только потом тихо сказал:
- Просто интересно узнать о вашей жизни, - его голос стал мягче, теплее. - К тому же ты сама подчеркнула: он твой брат. А ты - моя истинная пара. Конечно, я хочу знать, как дела у нового члена моей семьи.
Я почувствовала, как внутри что-то дрогнуло - смесь растерянности и тепла. Эти слова прозвучали просто, без лишней напыщенности, но в них чувствовалась искренняя забота. В тишине, прерываемой лишь тихим тиканьем часов, фраза Анхая будто повисла в воздухе, оседая где-то глубоко в сердце.
В самом-то деле, чего это я так взъелась? - вдруг подумала я. Ведь я действительно пара Верховного Альфы, и неудивительно, что он интересуется, как дела у Иная. Видно сразу: этот мужчина из тех, кто привык заботиться о своих, решать любые проблемы, которые могут возникнуть в семье. А теперь... теперь мы относимся к его семье.
Я чуть покраснела и опустила глаза, чувствуя лёгкое смущение от своей собственной вспышки. Всё-таки эта реакция идёт из прошлого. Я слишком хорошо помнила, как наши родственнички всегда находили повод уколоть - если не меня с мамой, то Иная. Постоянные сравнения, едкие замечания, напоминания о том, кто и в чём не дотянул... Вот я и привыкла огрызаться всякий раз, когда кто-то спрашивает, как у братишки дела в школе.