– Давай у метро «Аэропорт» и встретимся. Там два выхода. Ты садись в первый вагон. Я тебя буду ждать!
– А Ксюху с собой возьмем?
– Нет, ни в коем случае. На фиг она нам сдалась, будет только ныть, что ей жарко… пить хочется… Нет!
– Как хочешь!
– Может, тебе она нужна? – решил поинтересоваться Никита.
– Еще чего!
– Ладно, до встречи!
– Пока!
Гошка задумался. Что надо взять с собой? Обязательно фотоаппарат! Врага надо всем знать в лицо! Хотя, конечно, не факт, что им удастся не то что сфотографировать, а просто даже мельком увидеть Ивана Егоровича, но… Короче, фотоаппарат не помешает. Еще на всякий случай он сунул в сумочку перочинный ножик, темные очки и бейсболку. Это если понадобится вдруг изменить внешность. А еще он прихватил все свои сбережения в сумме ста шестидесяти трех рублей. Конечно, тратить их не хотелось бы, но всякое может случиться, и деньги не помешают.
– Мама, я ухожу! – предупредил он.
– Куда? – рассеянно отозвалась мама.
– Гулять, с Никитой!
– А? С Никитой? Только не пропадай!
– Хорошо, мамочка!
И он выбежал из квартиры. Во дворе ему на мгновение стало стыдно перед Ксюшей, но… «Ничего, я ей потом все расскажу, объясню, что там было небезопасно, поэтому мы ее и не взяли…» И он бегом припустился к метро.
Никита действительно уже ждал у первого вагона. Вид у него был решительный.
– Что у тебя в сумке? – сразу осведомился он.
– Фотик и еще разная ерунда.
– Фотик? Это мудро! – кивнул Никита. – Ну, идем! Я тут пока ждал тебя, выяснил, где эта улица. Совсем недалеко!
В самом деле, они быстро нашли нужный дом. Самый обычный дом, кирпичный, девятиэтажный, с просторным зеленым двором. Дверь подъезда была открыта настежь, и трое грузчиков пытались втащить громадный полированный шкаф.
– Отлично, – прошептал Никита, – войдем без всяких проблем.
Они юркнули в подъезд, протиснулись мимо шкафа – грузчики в очередной раз решали, как его лучше развернуть, – и подскочили к лифту.
– Ты что, и этаж знаешь? – поразился Гошка.
– Нет, сейчас по почтовым ящикам сориентируемся. Я думаю, шестой или седьмой.
– Тогда давай доедем до восьмого.
– Зачем?
– А вдруг он как раз выйдет из квартиры? Зачем нам ему на глаза попадаться?
– Точно, Гошка. Ты сегодня просто кладезь мудрости.
Как и предполагал Никита, квартира Ивана Егоровича находилась на седьмом этаже. Они осторожненько спустились на полпролета и оглядели площадку. На ней было четыре квартиры. Дверь квартиры 65 ничем не отличалась от других.
– Эх, а я-то надеялся, что шкаф ему несут, – вздохнул Никита.
– Почему? – удивился Гошка.
– Просто так…
– Ну и что нам теперь делать?
– Ждать, наверное, – пожал плечами Никита.
– А если он вообще уехал? Или на работе сейчас? До вечера будем ждать?
– Что ты предлагаешь?
– Сунуться туда!
– В квартиру?
– Ясное дело!
– Но как?
Гошка мигом сорвал с себя футболку, вытащил из сумки темные очки, нацепил на нос, а на голову нахлобучил кепку, красную с длинным козырьком.
– На фиг этот маскарад? – поинтересовался Никита.
Гошка ничего не ответил, только сунул сумку и футболку в руки Никите, а сам сбежал вниз по ступеням. Набрал в грудь воздуха и позвонил в дверь. Сердце гулко колотилось, по спине струйкой бежал пот, но все опасения оказались напрасными. Дверь никто ему не открыл. Убедившись, что дома никого нет, он махнул рукой Никите.
– Дохлый номер, его нет… – В голосе Гошки слышалось некоторое облегчение.
– Ладно, пошли во двор, а то тут духотища, – сказал Никита, тоже испытавший облегчение.
Они спустились во двор. Шкаф уже затащили. На лавочке возле подъезда никто не сидел, она была залита солнцем. Но мальчики в изнеможении плюхнулись на нее.
– Аж весь взопрел, – признался Гошка.
– Тут ты не охладишься, – отозвался Никита. – Пошли, тенек поищем.
Но тут к подъезду подкатила синяя «девятка». Из нее вышел мужчина, высокий и очень худой, можно сказать, тощий. Густые темные волосы, темные усы. Он не спеша закрыл машину, поставил на сигнализацию и уже сделал несколько шагов к подъезду, но потом, видимо, что-то вспомнил и вернулся к машине.
– Это он, – шепнул вдруг Гошка.
– С чего ты взял?
– Чувствую!
Гошка вдруг сорвался с места, пробежал несколько метров и юркнул за угол. Потом выглянул оттуда и, сложив руки рупором, гаркнул:
– Иван Егорыч!
Никита так и прирос к месту. А мужчина сразу же оглянулся. «Неужели вправду он?» – подумал Никита, не сводя с него глаз. Мужчина еще подождал, не повторится ли оклик, потом пожал плечами, взял из машины какой-то сверток, опять запер ее и пошел к подъезду. Никиту как ветром сдуло с лавочки. Он помчался к Гошке, который ждал его за углом.