– Да. Ах, боже мой, для этого человека нет ничего святого… Он чудовищный циник…
– Извините, Людмила Захаровна, а он вообще-то нормальный? – спросил вдруг Никита.
– Едва ли… Но раз он не сидит в сумасшедшем доме, а живет среди нормальных людей, значит, может и даже должен отвечать за свои поступки. Уверена, любая экспертиза признала бы его вменяемым.
– А почему вы именно сегодня пошли к нему? – смущенно спросил Гошка.
– Потому что… Потому что только вчера узнала… Дело в том, что до женитьбы на Алле он был женат на моей сестре… И вот теперь он обхаживает ее, предлагает вновь выйти за него замуж и уехать, предварительно продав квартиру… А эта идиотка, моя сестра, кажется, все еще любит его… Но я землю с небом сведу, не позволю ей такую глупость сделать. Наверное, напав на него, я совершила грандиозную ошибку, он теперь будет настороже… Не надо мне было к нему ходить! Но я просто не выдержала. Как узнала об этом… Ну, ребятки, вот мы и пришли. Спасибо вам огромное. Надо бы пригласить вас к себе, хоть чаем напоить, но, честно говоря, просто нет сил. Я вам свой телефон и адрес оставлю, будете в этих краях, заходите.
Она прочувственно пожала руку сперва Гошке, а потом Никите.
– Спасибо, спасибо вам! Теперь я хоть знаю, что не все люди похожи на Ивана.
С этими словами она скрылась в подъезде.
– Ну, Гошка, что скажешь?
– Да… Нет слов…
– Ты, Гошка, гений!
– Я? Почему?
– Сообразил предложить ей воду! И мы столько всего узнали…
– Правда, не очень понятно, что с этим делать? Людмила сказала: здесь он ведет себя нормально…
– Нет, ты не гений, ты болван! – закричал вдруг Никита. – Ни фига себе нормально, заказал какую-то старушку! По-твоему, это нормально?
– Точно, – почесал в затылке Гошка. – У меня это как-то из башки вылетело. Слушай, Никита, а может, надо было сказать про это Людмиле?
– Ты сдурел, да? Она же нервная! Еще чего доброго пойдет к нему и скажет: «Ты, мерзавец, решил еще старушку пришить!» Нам это надо? Нет, мы должны сами вывести его на чистую воду и спасти старушку.
– Легко сказать! Мы же не знаем, кто она! И к тому же он ведь не сам будет ее убивать… Так что вряд ли у нас получится.
– Ну, Гошка, не ожидал от тебя! – разочарованно проговорил Никита. – Нам же сказочно везет! Сам подумай! Ксюха случайно услыхала разговор, а ваша Тягомотина просто потрясно описала нам этих типов и к тому же еще узнала, где посредник живет. Ты сам сумел подслушать разговор с Иваном, углядел его номер телефона… А теперь мы еще столько всего узнали! Такое только в кино бывает, а ты еще чем-то недоволен. Я думаю, просто судьба не хочет, чтобы старушку убили, вот и подкидывает нам все эти сведения.
Гошка вытаращил глаза от удивления.
– Судьба? – переспросил он.
– Судьба.
– Бред. Ты что, веришь в судьбу?
– Верю. Я тут всякие книжки читал… Я тебе дам, почитаешь и тоже поверишь!
– Ладно, почитаю, но только когда все кончится. Поглядим, судьба это или не судьба. А сейчас надо подумать, что нам дальше делать. Есть у меня такое подозрение: этот Иван уже нас с тобой приметил, когда мы с Людмилой на лавочке общались.
– Очень даже возможно. И это плохо, Гошка!
– А я что говорю? Не просто плохо, хреново!
– И следить за ним нам опасно.
– Еще как! К тому же он художник, хоть и бывший, у него должна быть отличная зрительная память!
– И не просто художник, а портретист! Все до мелочи запомнить может.
– То-то и оно!
– Знаешь, что я предлагаю? Давай сейчас разъедемся по домам и до завтра помозгуем, что делать дальше. Авось родится нормальная идея или у меня, или у тебя. Ой, у меня, кажется, уже родилась!
– Ну, ты даешь! Выкладывай!
– Поговори с мамой! А вдруг она его знает? Такое вполне может быть!
– Запросто! Но только что я скажу маме, почему меня этот тип интересует?
– Да, это проблема… Нельзя вызывать ни малейших подозрений. Допустим, ты скажешь: мамочка, ты знаешь художника Шишмарева? А она спросит: зачем тебе это?
– А я скажу, что Никита в гостях видел портрет его работы, он ему жутко понравился, ну и все такое…
– А что? Нормально, по-моему. Почему бы мне не запасть на хороший портрет?
– А если у него плохие портреты?
– Ну и что? – рассмеялся Никита. – Значит, у меня просто плохой вкус и больше ничего.
– Вообще-то верно! Попробую!
– Ну, вот видишь! Хорошо, что он художник! А то был бы энтомологом или ихтиологом, где тогда искать общих знакомых?
– И это, по-твоему, тоже судьба? – не без ехидства осведомился Гошка.
– Конечно. Нет ни малейших сомнений! Судьба!