– Старайся вообще врать как можно меньше, просто помалкивай, а там посмотрим.
– А ты сам ничего не боишься?
– Ничего только дураки без воображения не боятся. Просто пока бояться вроде нечего, особенно если соблюдать осторожность.
Маня смотрела на него с восхищением. Он не обманул ее ожиданий. Вот если бы он стал уверять, что ничего на свете не боится, она бы подумала о нем как о самом обычном хвастунишке, а теперь… Нет, она в нем не ошиблась. Он парень что надо!
– Гошенька, – сказала за ужином мама, – у тебя усталый вид, надо бы тебя куда-нибудь отправить… Может, поедешь к Ульяшовым на дачу?
– Ни за что! – закричал Гошка. – И вообще никуда я не хочу ехать. Мне и тут хорошо!
– Но у них там речка, лес, участок замечательный, они тебя любят, как своего…
– Вот именно! Они там с меня глаз не спустят. «Гошенька, ты куда? Гошенька, ты к кому? С кем? Зачем?» Нет уж, мама! Я тебе жить не мешаю! Но и ты меня на такие муки не отправляй!
– Что это значит – жить не мешаю? – насторожилась мама, слегка покраснев.
– Ну… Я же знаю, что за тобой этот… Андрей Иваныч ухлестывает, но молчу…
– Так… Откуда ты про него знаешь?
– Здрасте, я ваш дядя! Ты же меня с ним знакомила в театре, не помнишь, что ли?
– Ах да…
– И я не слепой! А потом, он звонил, я по голосу его узнал…
Мама смущенно улыбнулась.
– Ты за него замуж собираешься? Да?
– Боже сохрани! Я вообще замуж не собираюсь, просто… приятно, когда тебе дарят цветы, ухаживают… Это любой женщине приятно.
– А ему твое новое платье понравилось?
Мама покраснела еще гуще.
– Понравилось… Да. Но ты мне зубы не заговаривай! Ты действительно не желаешь никуда ехать?
– Один? Никуда и ни за что!
– Ну, как хочешь. А что, если в середине сентября мы с тобой на недельку смотаемся к морю?
– Во время учебы?
– Ну да. Тебе не хочется пропускать занятия?
– Мамуля, у тебя от жары в голове помутилось? Где ты видела человека, который откажется от моря ради учебы? А куда, куда мы поедем?
– Пока не знаю… Просто тетя Галя обещала достать льготные путевки… Скорее всего, в Испанию.
– В Испанию? Ура, мамуля! Это клево, ты даже сама не понимаешь, как это клево! Учебный год начнется, а мне будет светить Испания! Ха! Это класс!
– Гошка, погоди ликовать, может, еще ничего не выйдет.
– Не выйдет, тоже переживем. Но… хотелось бы. А какое в Испании море?
– Гошка, как не стыдно! Средиземное! Да, чувствуется, что у вас географичка никудышная!
– Не то слово! Все, мам, я пошел спать, а то мы завтра с Никитой договорились за город съездить.
– За город? К кому?
– К его однокласснику, Димке…
– Гошка, это далеко?
– Да нет, полчаса на электричке.
– По какой дороге?
– По… по Киевской! – сообразил Гошка.
– По Киевской? А какая станция?
– Понятия не имею. Никита знает, он там сколько раз был, – напропалую врал Гошка.
– Ладно, хоть денек за городом побудешь, – вздохнула мама, которая готовилась к выставке и не могла пока уехать из Москвы.
Глава VII
В подручных у киллера
В восемь часов утра Гошка и Никита уже заняли наблюдательный пункт во дворе, где, по сведениям Гошки, жил киллер по фамилии Усольцев. Дом был старый, пятиэтажный, двор очень зеленый. В такой ранний час все скамейки во дворе были еще свободны, так что ребята могли следить за преступником со всеми удобствами.
– Интересно, он ходит на работу? – спросил вдруг Никита.
– Черт его знает. Посмотрим.
– Нет, я к тому, что, может быть, он уже ушел? Или уже пришел? Вдруг он на заводе работает и вчера возвращался с ночной смены?
– Фигня! Для возвращения с ночной смены это было поздно. Да и вообще, не похож он на работягу. Руки не те.
Они помолчали. Потом Никита сказал:
– Эх, надо было взять с собой дорожные шахматы…
– Да? И уж наверняка прозевать клиента! Нет, нам даже в морской бой нельзя играть.
– А в города, например?
– В города? В города, пожалуй, можно. Начнем? Нью-Йорк!
– Калининград!
– Дмитров!
– Венеция!
– Ярославль!
– Ленинград!
– Не пойдет, он давно уже Санкт-Петербург!
– Ладно, Лондон!
– Находка! Внимание! Это он!
– Где?
– Вон там! Видишь?
– Ага!
Из подъезда вышел мужчина, тот самый, за которым вчера следил Гошка, и быстро, насколько позволяла больная нога, двинулся прочь со двора. Мальчики поспешили за ним. Он шел, не оглядываясь, лишь иногда останавливался и стоял, словно переводя дух. Он останавливался так внезапно, что подростки едва не налетали на него. Это было очень неудобно.