Конечно! — в один голос воскликнули мальчики.
Если никаких ЧП не будет, звоните мне уже вечерком, когда закончите слежку. Вот вам еще на расходы, поесть-попить, в платный сортир забежать… И до завтра! Счастливой работы, голуби!
С этими словами Усольцев не без труда поднялся из кресла и, сильно хромая, проводил мальчиков до двери. Когда дверь за ними захлопнулась, он занялся поврежденной ногой. Приложил пузырь со льдом. «Может,, я зря все это затеял? Черт знает, что это за мальчишки, хотя, кажется, они поверили, будто я сыщик. Ну да ничего, на самый худой конец уведут сотовый телефон. Впрочем, на воришек они совсем не похожи. Да и понимают они, что сотовый им не сгодится! Думаю, исправно все выполнят, а там… Как говорится, прости-прощай. Эти пацаны проблемы не составят. Уберу их, и дело с концом».
Гошка с Никитой выскочили во двор, переглянулись и, ни слова не говоря, двинулись прочь. И, лишь пройдя два квартала, вдруг разом остановились.
Гошка, а мы не заигрались, как ты думаешь? — растерянно спросил Никита.
Заигрались? Нет, почему?
Что ж мы теперь, подручные у киллера? Как-то это не очень…
Никакие мы не подручные! Мы… мы разведчики в тылу врага! Неужели ты не понимаешь, какой нам выпал шанс? Мы же сможем предупредить людей… Предотвратить убийство.
Ты про дамочку со слабым вестибулярным аппаратом?
Конечно. Хотя…
Что?
Никита, ты понимаешь… Нам нужно притвориться полными идиотами. Полными! Мы будем просто выполнять его поручения и ни одного лишнего движения. Иначе нам конец!
Что?
Ничего особенного. Просто, если он заподозрит, что мы хоть что-то поняли, он нас уберет.
Уберет? — побледнел Никита.
Запросто!
Гошка, а может… того… Плюнем на это дело?
Нельзя, — вздохнул Гошка. — Мы можем спасти как минимум двух человек: старушку и эту, с вестибулярным аппаратом. Если мы будем действовать умно и осторожно, то выйдем победителями. Этот киллер не слишком-то умный.
С чего ты взял?
С того, что он не спросил ни наших фамилий, ни адресов, ни телефонов! А это крупная промашка. "Ведь теперь мы уж точно ему правды не скажем, даже если он захочет что-нибудь узнать, а сразу, под горячую руку, да еще на радостях, что нас берут в подручные, вполне могли бы выложить все как есть.
Да. Ой, Гошка, а ты чего меня локтем в бок ударил? Я что-то не врубился.
А! Ты ведь заявил, что с детства мечтал сыщиком стать.
Да, действительно, вот дурила! Ну ты так быстро соображаешь! Офигеть можно. И насчет девчонки с косой придумал…
Я ничего не придумывал, я просто вспомнил… У нее коса была потрясная, до самой попы! И наш киллерок ее тоже явно приметил.
— Слушай, Гошка…
— Ну?
Как по-твоему, почему он нас нанял? Это ведь для него тоже опасно.
Думаю, тут все просто. У него, наверное, есть какой-то срок, к которому он должен управиться с заданием.
С убийством?
Похоже на то. А он ногу повредил, с двумя больными ногами не очень-то побегаешь, а ему, как я понял, надо знать, не с кем дамочка встречается, а где и в какое время бывает, когда ее дома нет… И это может означать, что он не столько на нее покушается, сколько на ее мужа, например.
Ну, Гошка, ты даешь! Мне такое и в башку не залетело!
Погоди, может, все это совсем не так… Но мы попробуем разобраться. И для начала надо будет выяснить, кто эта женщина, кто ее муж. Но это, конечно, только для себя. А для дяди Славы мы никакой инициативы проявлять не станем. Нет, для него мы полу отмороженные подростки, которым все по барабану!
Нет, это уже не получится. Было бы нам все по барабану, мы бы не стали его из ямы вытаскивать, и вообще…
Ну, это я, конечно, загнул… — согласился Гошка. — Но просто мы за бабки выполняем его поручения, а что и зачем, нас не касается.
А сами держим ухо востро?
Ясное дело!
Глава 8. Случай в парке
Рано утром мальчики уже пришли к дому, за одной из жительниц которого им предстояло сегодня следить. Дом был кирпичный, из тех, что в Москве считаются «престижными», и находился не в центре, неподалеку от чудесного парка. Да весь район был новым и «престижным». Ребята устроились неподалеку от детской песочницы, где, несмотря на ранний час, копошилась девочка лет четырех. На скамеечке возле нее старушка вязала спицами свитер из пушистой розовой шерсти.
Фу, мне даже смотреть на этот свитер жарко, — поморщился Гошка. — А ей хоть бы хны. Вяжет себе и вяжет.
Наверное, у нее нервы крепче, чем у тебя, —усмехнулся Никита. — А вообще-то тут клево. Чистенько, красивенько!
Тут, скорее всего, «новые русские» живут, — предположил Гошка. — Ну и начальство всякое. — Он достал из кармана фотографию женщины. — По-твоему, сколько ей лет?