В первую очередь отправился в ванную, сопряженную с комнатой Мэй. Не знаю, как так вчера вышло, но даже не совсем трезвые мы все завалились в одну комнату, принадлежавшую нашей жене.
Жена. Попытался распробовать это слово на вкус. Когда мы впервые приехали в ее курортные центр, я ожидал встретить закостенелую матерую женщину с яркой ненавистью к мужчинам, да и всем оборотням в общем. Как же я ошибался.
По нашим наводкам ей было слегка за тридцать, но когда она вышла нам на встречу, сначала я решил, что кто-то глупо над нами подшутил. Перед нами была совсем молоденькая девушка, встретив которую на улице, я бы решил, что ей не больше двадцати. Но как только она начала давать распоряжения и договариваться с нами, я сразу осознал, кто здесь Альфа. Как женщины, так и мужчины вдвое старше ее самой, беспрекословно выполняли ее поручения, подчиняясь воле своей Альфы. Уверенный цепкий взгляд, точные движения и непоколебимая воля, тогда, собственно говоря, и появилось уважение.
Совет отправил меня, как эксперта, понаблюдать за делами во французской стае Волка, дабы не спровоцировать еще больший конфликт с горными Кошками. А тут еще выдалась возможность увидеть в живую женщину, бросившую протест работе столь весомой организации.
Должно быть, мне должно стать неимоверно стыдно, но в тайне все эти дни я наблюдал за этой странной девушкой, пытаясь найти в ней хоть какие-то признаки агрессии, деспотизма или бешенства. Но похоже, если Альфа Мэй и скрывала каких-то демонов, то только внутри себя, не позволяя выходить им на поверхность и причинять боль окружающим.
Что уж говорить, когда я узнал, что Мэй посещает нашу стаю с визитом. Я просто не мог оторвать от нее руки, несмотря даже на недовольство Ивона. Он пытался как-то приструнить меня, но что он мог сделать мне, члену Совета, которому сам частично и подчиняется. Сложно даже сказать в какой именно момент столь сильное чувство перестало напоминать обычную симпатию, и когда я осознал, что не хочу отдавать ее никому.
Перед Обрядом Альфы с Мэй, поступил один единственный звонок от Совета. Они были бы не прочь сорвать всю эту нелепую церемонию. Думаю, так и получилось: та самая бешенная женщина вмешалась как раз в самый необходимый момент. Кто только мог предположить, как ситуация обернется дальше. Я, на чистых инстинктах, подлетаю к малышке и оттаскиваю ее от опасного оборотня, вспышка, и уже по моей руке течет кровь, и так Обряд запускает следующий круг. В тот момент я опешил, а потом начал ликовать, какие последствия могут быть у новой поправки в брачной церемонии.
Косвенно, но я помог Совету повернуть события в нужную сторону, но какой ценой. И теперь вот – опьяняющее чувство полной власти и прав прикасаться к ней, ощущать, вдыхать ее запах. Кто бы мог подумать, что самый молодой член Совета, так еще и закоренелый Казанова, почти сам бросится под нож, чтобы от него не сбежала женщина.
Легкая улыбка так и оставалась на лице.
19\ Тройка
Трое голубчиков дружно выстроились в ряд, молчаливо ожидая дальнейших действий от меня.
Приближалось полнолуние и на Волке это ощутимо сказывалось. Лис бы спокоен, как удав, а Роберт напряженно поглядывал на меня.
- Ну, что, мальчики, поговорим?
Ответом мне было групповое молчание.
- Знаете, пока я тут знакомилась с прелестями семейной жизни, у меня было много времени, чтобы собраться с мыслями и даже решить некоторые дела моей общины. Становится поразительно просто жить, когда осознаешь все свои права и обязанности. Вы, Альфа, - указала жестом на Ивона, - двое детей и я свободна, - брови Волка все больше поднимались вверх от негодования. – Вы, сударь, - в сторону Марка, - ставленник Совета, не так ли? Вам я вообще ничего не должна. Остался ты, мой любимый горе-защитник. С тобой мы поговорим отдельно. Расходимся, - и хлопнула в ладоши.
Правда, уйти далеко мне не удалось.
Я оказалась, так сказать, очень деликатно отброшена на тот же диванчик, а дорогу к свободе мне закрыли три крепких мужских груди.
Передо мной первым склонился Ивон.