- Госпожа, вы и в самом деле на нее похожи. У вас ее лицо… Ньол, то есть господин Ньол, прав. И это, скорее всего, спасло вам жизнь, когда он встретил вас… Но я не уверена, что вы захотите такой жизни…
- Подожди, я ровным счетом ничего не понимаю! На кого я так похожа? Чье у меня лицо?
- У вас лицо бесценной Статуи кхастла Бравиш. Господин Ньол решил, что вы – и есть ожившая Статуя.
- И что это значит?
- Ничего хорошего для вас…
- Это мы еще посмотрим. А где мои вещи? Со мной был рюкзак.
Ишма дернулась, как от удара, и закрыла лицо руками.
- Я не брала, госпожа!
М-да. Не видела я еще здешних господ, а вот прислужницы у них запуганные. Я осторожно провела ладонью по руке девушки. Она ощутимо напряглась. Похоже, здесь и в самом деле не знают, что такое простое человеческое участие.
- Я и не подумала бы на тебя, Ишма. Мне просто нужно вернуть свои вещи, понимаешь? Ты знаешь, где они?
Девушка кивнула.
- Ваши вещи в комнате господина Ньола, но мне никак не вынести их оттуда. Он заметит.
- И не надо. Я сама спрошу. Еще не хватало – воровать свои собственные вещи! Ну-ка, веди меня к нему!
Я попыталась встать, но не сразу получилось. Если я провалялась несколько дней, неудивительно, что так ослабла. Как же хочется есть! За попытками подняться я и не заметила, как низкая дверь отворилась, и вошел человек. И сейчас этот человек стоял и смотрел на меня. Свысока. И таким неприятным, словно ощупывающим, был этот взгляд, что у меня непроизвольно губы сжались, и глаза сощурились. Если это и есть этот пресловутый Ньол, которого так боится Ишма, ее трудно винить. Вошедший был невысокого роста, не толстый – не тонкий, какой-то мягкий. Но эта мягкость не могла обмануть, стоило бросить взгляд на его руки – длинные, жилистые, с крючковатыми пальцами, непрерывно сжимающимися, как будто он представлял, что держит в руках горло своего врага. Сдается мне, не просто так пришла на ум эта аналогия. Больше всего не понравился мне взгляд вошедшего. Это был взгляд маньяка.
Взмах руки – и Ишму как ветром сдуло из комнаты. Признаться, меня это напрягло. Но еще не хватало это показывать. Мне все-таки удалось сесть, оперевшись на подушки, и я решила взять инициативу в знакомстве на себя. Откровенно раздражал его настырный, изучающий взгляд.
- Я не вижу здесь своих вещей. Они у вас? – мой ледяной тон сделал бы честь актрисе, играющей Снежную Королеву.
- Бесконечно рад, что вы пришли в себя, госпожа. Однако вам не стоит ни о чем волноваться, - улыбнулся этот тип, и при этом пальцы его на обеих руках судорожно сжались, а в глазах сверкнуло безумие. Да он больной! Таких в специальных заведениях лечить надо, если еще надежда есть, конечно. Все-таки я не профи в психиатрии…
- Я не волнуюсь. Я хочу, чтобы мне вернули мои вещи.
Вот так. Коротко и внятно. Если я и вправду похожа на их статую, о чем говорили фанатичные огоньки в его масленых глазках, пусть думает, что кто бы я там ни была, хоть посланница небес, хоть преисподней, что я рассердилась. Впрочем, если это он так ощутимо приложил меня по макушке, хрена с два он испугается моего праведного гнева...
- Вам принесут ваши вещи. Вы, наверно, голодны, госпожа?
- Спасибо, вы очень любезны. Я, пожалуй, поем перед уходом.
Опять его пальцы дернулись. Ишма права. Не стоит здесь задерживаться. Пусть только рюкзак вернет и снаряжение… А там свяжусь с Эддаром… То есть, я хотела подумать – с Ри… Прорвусь!
- Я скажу, чтобы вам принесли поесть.
- Будьте любезны. Ишма сказала, что вы спасли мне жизнь. В таком случае, мне следует вас поблагодарить.
Приятное удивление в глазах маньяка послужило обещанием того, что маленькая смугляночка не будет наказана. По крайней мере, за этот поступок. А потом я заберу ее отсюда. Права она – не место здесь нормальному человеку. Стоп! Она говорила о статуе… И капитан говорил о статуе! Я могу узнать здесь о драгоценностях Иштар!
- Я могу узнать ваше имя?
- Почтенная госпожа может называть меня Ньол.
- Очень приятно, - покривила я душой, - Истар.
Вспыхнувшие глаза маньяка окончательно убедили меня в его душевной болезни.
- Я хотела бы взглянуть на вашу статую, уважаемый Ньол.
- Конечно, госпожа, - он потер потные ладони, - Как только вы сможете вставать…
Не закончив фразу, он чему-то рассмеялся, чему-то, что известно ему одному, но при этом смеялся, подмигивая, всем своим видом как бы приглашая разделить с ним эту тайну.
- После сегодняшней ночи вам обязательно станет лучше, госпожа.
Сегодняшней ночи? Лучше не буду уточнять, почему это. Безумцев лучше не беспокоить.
- Ишма принесет вам еды, госпожа. А завтра я пришлю вам другую девушку.
- Спасибо, мне нравится Ишма.
- Я знаю, госпожа!! – неожиданно сорвался не крик этот ненормальный, и, добавил уже тише, опять отвратительно подмигивая, - Я знал.
Заставила себя вымучено улыбнуться. Знал так знал.
- И пусть мне вернут мою одежду! – крикнула уже ему вслед.
Этот цвета кармина то ли хитон, то ли халат, то ли какая-то разновидность кимоно, всем, конечно, хорош, но неизвестной планете больше подходит современный комбинезон из сверхпрочного материала, непробиваемого ни с помощью ножа, ни пуль, с функцией кондиционирования – подогрева и охлаждения. Оружие, ракетный ранец, аптечка, запас сухого пайка, другие нужные вещи… Очень надеюсь, что этот неприятный тип выполнит свое обещание, и вернет мне снаряжение.
Глава 51
Еле удалось уговорить Ишму поесть вместе со мной. Только после десятка клятвенных заверений, что я не лошадь, чтобы все это съесть, и вообще вегетарианка, так что эти замечательные пироги с мясной начинкой точно не про меня, девчонка наконец-то перестала ломаться. Хотя она, конечно, не ломалась. Просто она очень запуганная. Ничего. Мы это поправим!
Наконец-то мне кто-то доходчиво объяснил про всю эту кхастловую систему на Зиккурате. Капитан, конечно, рассказывал, еще на Персефоне, но тогда я кажется, плохо слушала. Хотя сейчас некоторые мои знания пригодились.
Вот это я удачно попала! Прямо в Замок, где стоит та самая бесценная статуя, украшенная драгоценностями богини. Значит, это сюда хотел наведаться Эддар, в первую очередь… Ишма сказала, что двое инопланетцев приходили сюда вчера в качестве пилигримов, поклониться статуе. А может быть, искали меня… Она не знала. Тот, что блондин, вполне мог оказаться Демом, но вот второй – брюнет, среднего или немного выше среднего роста, худой, жилистый, - никак не Эддар. И, конечно, не Левочка. Значит, не наши. Какие-то другие инопланетцы.
Вообще все рассказы Ишмы о ее родной планете навевали на меня тихий ужас. Нет, срочно собрать драгоценности Иштар и вернуть Зиккурату чертову память! Так, как они здесь живут, жить нельзя.
Расспрашивая о жизни у нас, Ишма то и дело таращила и без того немаленькие глаза, и даже махала руками. Не верила.
- Как это – нельзя убить человека, стоящего ниже по положению? А если он тебе неприятен? Нет рабов и прислужников? А кто тогда работает? Зачем? Зачем спрашивать женщину ее согласия стать женой? – Это она на месте, когда я так и не дождалась предложения от Марека. - У нас никто не спрашивает… Так значит, вы убежали от жениха, госпожа? Он, наверно, сильно вас бил?
Я даже поперхнулась. Марек? Меня?! Бил?!!
Даже представить смешно.
Но Ишма не понимала причины моего веселья.
- Так положено, чтобы бить женщин, госпожа. Они – как скот, не знают порядка. Их надо учить.
- Да брось, Ишма. Вот ты, что – не знаешь, как вести себя? Не знаешь, где добро – а где зло? Вот ты говорила, что самое дорогое для тебя – это оставшиеся дома маленькие сестры. Это что, тоже из-под палки?
Зря я так с девчонкой. Ее миниатюрное личико вдруг сморщилось, из глаз потоками хлынули слезы. Я чувствовала себя неловко. Подсела поближе, обняла, прижала к себе.
- Ишма, - тихо позвала я. - Прости. Я не хотела. Тебе должно быть больно вспоминать о них.
- Мне не о них вспоминать больно, - замотала она головой. - Вы хорошая. Добрая. Но я не стою вашей доброты. Я – плохая. Я точно знаю. Меня нельзя жалеть.