Отхлебнув крепкого кофе, Ребекка промолвила:
— Позволь передать тебе мой разговор со служанкой. Она отправилась достать для нас три комплекта…
— На этом остановись, — прервал ее он. Ребекка удивленно уставилась на него.
— Разве я не упоминал, что у нас мало денег? Только те, что у меня в карманах и в твоем ридикюле. Нам нужно по возможности их беречь. Нам нужна одежда… но не три ее смены. И как мы ее понесем? Мы ведь будем не в наемном экипаже и не на поезде.
Она с интересом склонила голову набок.
— Ты собираешься идти пешком?
— Конечно, нет. Мы воспользуемся общественным транспортом, как делают сельские жители много лет подряд. Я уже выяснил, когда он останавливается здесь. Таким образом, поездка до Манчестера займет у нас много времени, но это и к лучшему. Чем дольше мы будем в стороне от железной и прочих дорог, тем больше у нас шансов остаться скрытыми от воров.
— И их хозяина.
— Вот именно, — улыбнулся граф.
— Значит, если мы поедем в фургоне и купим лишь немного вещей, у нас хватит денег?
— Маловероятно.
— Вы могли бы и соврать, — понурилась Ребекка.
— Чтобы пощадить вашу чувствительность? Вашу? Великой искательницы приключений… женщины, которая осмеливается на… все?
Она готова была улыбнуться ему в ответ, но что-то в его голосе заставило ее пристальнее в него вглядеться. Джулиан, опустив глаза, доедал свою яичницу.
— Так когда мы начнем зарабатывать деньги? — осведомилась она.
— Мы? Это я начну работать за деньги. Понимая, что спорить бесполезно, Ребекка молча кивнула. Он, нахмурившись, окинул ее вопросительным взглядом, но она лишь поморгала с невинным видом, старательно дожевывая последний кусочек хлеба. Она и представить себе не могла, что будет одиноко сидеть весь день в комнате и ничего не делать, пока он будет трудиться на их благо.
Но что может она предпринять? Об этом стоило подумать как следует, и она намеревалась именно этому занятию посвятить время их долгого путешествия на север.
Когда служанка вернулась, Ребекка предоставила Джулиану возможность договориться о цене ее товаров, зная, как ему это нравится. Он явно хотел взять на себя заботу о ней, и она готова была позволить ему это… до некоторой степени. Впрочем, сообщать ему это пока не стоило.
Они перебрали одежду, сшитую из простого полотна и грубой шерсти, и выбрали то, что больше им подходило. Служанка явно знала какого-то великана, потому что некоторые вещи оказались как будто сшиты на Джулиана. Кроме того, служанка принесла им гребень и зубные щетки! Ребекка готова была ее расцеловать!
Наконец служанка удалилась, забрав честно заработанные деньги, лишнюю одежду и поднос.
— Ой, я забыла, — кинулась к двери Ребекка, — мне нужно, чтобы она расстегнула мне платье.
— Не удивится ли она тому, как вы сумели застегнуть его утром? — с сомнением спросил Джулиан. — В конце концов ей в голову придет, что вы в нем спали.
— Тогда вам придется сделать это самому, — испытующе посмотрела на него Ребекка.
Он кивнул:
— Тем более я не могу позволить ей думать иначе. Подойдите сюда, к свету.
— Тут все так сложно… — смущенно проговорила она, подставляя ему спину.
Кажется, он фыркнул? Она обернулась, но лицо его было невозмутимым.
С женскими застежками он справился так же умело, как и со всем остальным, за что брался.
— У вас большая практика в этом, — произнесла она обвиняющим тоном, в котором тем не менее сквозило любопытство. Лучше было думать об этом, чем воображать, о чем он думает, занимаясь столь интимным делом.
Джулиан промолчал.
— Я знаю, что мужчины до брака наслаждаются отношениями с некоторыми женщинами. У меня, знаете ли, имеется брат и несколько кузенов.
— И они обсуждают подобные вещи в вашем присутствии?
— Разумеется, нет. Но ведь можно… подслушать… А у вас есть любовница?
— Нет.
Она испытала странное облегчение. Ощутив, как расстегнулся последний крючок, она поспешно подхватила сползавшее с плеч платье.
— Благодарю вас за помощь. Не сомневаюсь, что дальше справлюсь сама.
Но он уже распускал шнурки ее корсета. Когда он с этим покончил, Ребекка с облегчением глубоко вздохнула. Ей никогда раньше не приходилось спать всю ночь в корсете, и теперь она поняла, почему это не делается. Это было чертовски неудобно.
— А это что такое? — негромко поинтересовался он. Ребекка напряглась. А потом почувствовала, как его руки спускают сорочку с ее плеча. Она продолжала придерживать платье у груди.