— Ну-ну, ребята, — начала было она.
Но Джулиан переставил ее в сторону с такой легкостью, словно она была ребенком.
— Давай, Уилфрид, покажи ему! — выкрикнул один из дружков усатого.
Граф Паркхерст — участник драки в пивной?! Из-за того, что кто-то тронул ее? Это казалось невозможным! Он был человеком рассудительным, который улаживал споры словами и разумными доводами побеждал деловых оппонентов.
— Я предлагаю тебе убрать руки от моей жены, — произнес Джулиан, надвигаясь на противника и подавляя его тяжелым взглядом.
Теперь он запугивал, а не уговаривал.
— Предлагаешь? Вот как? — парировал Уилфрид. — Надо же, какой вежливый! Просто стыд, что я не прислушаюсь к твоему предложению.
Из задней комнаты, вытирая руки передником, вышел хозяин. Это был пожилой мужчина с мешками под глазами и редеющими волосами. Он удрученно посмотрел на Уилфрида.
— Ребята, прекратите, — промолвил он.
Джулиан повернул голову к нему, и Уилфрид воспользовался этим шансом: ударил Джулиана по лицу. Ребекка ахнула, но Джулиан всего лишь отступил на шаг от удара. Выражение его лица стало еще мрачнее, зубы оскалились в свирепой усмешке.
Хозяин взмолился:
— Только не снова, Уилфрид! В прошлый раз ты сломал стол.
— В этот раз так не будет, — произнес Джулиан и, ухватив противника за лацканы куртки, вынес его наружу.
Все мужчины, сидевшие в пивной, последовали за ними. Ребекка бросилась следом. У нее кружилась голова от демонстрации силы графа. Ей хотелось ощутить свою власть над этой силой.
Хозяин шел рядом с ней, горестно качая головой.
— Уилфрид не может держать руки при себе, подальше от моих девочек, — сказал он. — Прошу прощения, Люси. Надеюсь, твой муж не очень пострадает.
— Он что, выглядит слабым? — пожала она плечами.
Но в действительности никакой радости она не испытывала. Возможно, Джулиан вообще не умеет драться. В конце концов, он ведь был деловым человеком… аристократом…
Он набросился на Уилфрида, резко ударив того кулаком в живот, а затем, когда противник согнулся пополам, добавил хороший удар в лицо. Два удара, и усатый валялся на земле и стонал.
Джулиан был бойцом. Она вздохнула от счастья.
— Надеюсь, это послужит тебе уроком, Уилфрид, — промолвил, качая головой, хозяин пивной.
Толпа разочарованно загудела. Кто-то зачерпнул ведро воды из лошадиной поилки, чтобы окатить ею Уилфрида.
Ребекка бросилась к Джулиану, который, подбоченясь, смотрел на поверженного противника.
— С тобой все в порядке? Правда?
— Все хорошо. — Он взял ее за руку и повел назад в дом. Когда он хотел провести ее мимо пивной, она уперлась.
— Я обещала поработать и должна закончить дело. Он посмотрел на часы на стене и спросил переминающегося с ноги на ногу хозяина:
— Сколько еще ей работать?
Усталые глаза того прищурились, что-то прикидывая.
— Еще часок.
— Ладно, — проворчал Джулиан. — Но если еще кто-то ее тронет или просто толкнет…
— Кто теперь осмелится? — ответил хозяин, оценивающе поглядывая на широкие плечи Джулиана.
Джулиан вернулся на свое место в углу, и Ребекка, посматривая на него с интересом, продолжала прислуживать за столами. Она думала, что драка его успокоит, потому что все посетители поняли, на что он способен. Но он все равно продолжал следить за ней из-под насупленных бровей, и рот его был крепко сжат в недовольной гримасе. Она чувствовала, что гнев его направлен не на нее, но… нет, она толком не понимала, что чувствует.
Все посетители были с ней вежливы, и последний час ее работы прошел без происшествий. Большинство людей разошлись по домам в предвестии очередного рабочего дня, а немногие оставшиеся допивали свое пиво. Хозяин кивнул ей, и Джулиан, явно дожидавшийся этого знака, немедленно поднялся на ноги.
— Я очень признателен тебе, Люси, — сказал хозяин. — С вас не возьмут платы за сегодняшний день.
— Спасибо, — бодро отозвалась Ребекка и взяла Джулиана под руку. — Я готова.
Она провела всю жизнь, мечтая о подобном путешествии, и вот сама его сотворила, убежав из Лондона и заставив Джулиана взять ее с собой. Она даже сумела заработать деньги на жизнь. Она должна была сама достичь своих целей, достигла их… и сегодня ночью добьется остального. Пытаться принудить Джулиана трезво оценить их отношения было бесполезно. Возобновившаяся прошлой осенью лихорадка показала ей, что в жизни ни на что нельзя полагаться, нельзя ни в чем быть уверенной. Она займется с ним любовью немедленно, на тот случай, если не доживет до следующего такого шанса. Ее долгое ожидание закончилось.