— Ужас какой-то, — пробормотал Джек и вновь поймал на себе ее взгляд.
— И теперь я очень хочу поговорить с Ники, — заявила Кэтрин. — Как мне сделать это? Как попасть к ней?
— Мы что-нибудь придумаем, — пообещал Джек. — Может, я попрошу хозяина дома, в котором живу, зайти ко мне и посмотреть личный номер телефона Мелроуза. Готов биться об заклад, что старик сообщит мне, как связаться с Ники, если это вообще возможно.
— Спасибо, — ответила Кэтрин с такой улыбкой, от которой сердце Джека захолонуло. Он все больше восхищался ею.
— А ты все описала в книге? — поинтересовался он.
— Не пойму, что ты имеешь в виду.
— Я хочу спросить, были ли какие-то моменты, которые ты описала менее подробно, когда «чувствовала» себя Ники?
— Думаю, были. А что, ты спрашиваешь о чем-то определенном?
— Да, — кивнул Джек. — Ты… ты была в тот день в душе?
Улыбка исчезла с лица Кэтрин.
— В какой день?
— Судя по тому, как ты покраснела, — невозмутимо продолжал Джек, — ты явно поняла, о каком дне я говорю.
— Да-а… Я была там, но… совсем недолго, — неуверенно пробормотала девушка.
— Недолго, да? Что ж, для того, чтобы понять, что там происходит, не нужно было много времени. Почему же ты не описала столь захватывающую сцену в книге?
— Мне показалось, что это очень… личное.
— У тебя хорошее чутье. — Смелый взгляд Джека скользнул по ее фигуре, скрытой складками халата. — Мне кажется, вы с Ники очень похожи, — не сдержавшись, добавил Джек, отчего Кэтрин, окончательно смутившись, вскочила на ноги.
— Пожалуй, я лучше пойду…
— Нет, подожди! — Потянувшись, Джек схватил Кэтрин за полу халата. Она посмотрела на его руку, а потом ему в лицо. Ее щеки по-прежнему горели. — Не уходи, — попросил Джек. — Прости, что вогнал тебя в краску. Иди сюда, присядь. — Он потянул за халат. Кэтрин на негнущихся ногах сделала неуверенный шаг вперед. — Иди ко мне.
Кэтрин подошла еще ближе и наконец села на край дивана. Она опять посмотрела на его руку. Сквозь ткань халата Джек чувствовал тепло ее бедра.
— Сядь поудобнее, а то свалишься с дивана, — улыбнувшись, заметил он. Кэтрин повиновалась, но при этом была так скованна, что напомнила Джеку провинившегося ребенка, которого в ожидании наказания поставили в угол. — Расслабься, — добавил он.
— Я попытаюсь, — пролепетала девушка.
— Ты же понимаешь, что обстоятельства весьма необычны, Кэтрин. С одной стороны, мы знакомы всего несколько часов, а с другой — мы уже знаем друг друга довольно… близко.
— Это я тебя знаю, — поправила его Кэтрин. — А ты знал Ники. Не обольщайся. Мы с ней очень разные.
— Я понял это, как только заглянул в твои глаза, — проговорил Джек. — Я еще никогда не видел таких глаз, Кэтрин. Они удивительны, неповторимы, поверь мне! Ты сама удивительна и неповторима!
Прикусив губу, Кэтрин отвернулась.
— Почему? — немного погодя спросила она. — Только потому, что Кэт Уинслоу оказалась феноменальной особой, способной к телепатии?
Подвинувшись, Джек поймал ее подбородок и повернул голову Кэтрин к себе.
— Я ни о чем подобном не думал, — вымолвил он, положив руку ей на плечо. — Твои способности — это природный дар. Да, они поразительны, но в этом нет ничего особенного.
— А ты можешь себе представить, как бы повели себя врачи с человеком, обладающим подобным даром? И средства массовой информации? Если о моем даре станет известно, то нам с Ники больше никогда не знать покоя. Поэтому я прошу тебя никому об этом не говорить, хорошо?
И вновь, встретившись с ее лазурным взглядом, Джек почувствовал себя рыцарем в сверкающих доспехах.
— Я навсегда сохраню эту тайну, — пообещал он ей.
Кэтрин сжала холодными пальцами его руку, лежавшую у нее на плече.
— Открыть тебе один секрет?
— Какой именно? — спросил Джек.
— Наяву ты даже лучше, чем казался мне во сне.
Целый сонм различных чувств охватил Джека. Ему захотелось защитить Кэтрин, заключить ее в свои объятия; и в то же время он испытал огромное почтение к ней, от которого в горле у него пересохло, а язык отказался ему повиноваться. Наклонившись к ней, он запечатлел на ее лбу поцелуй. Он знал, что ему следует поднять голову, но не мог. Он так и замер, касаясь губами ее кожи, от его дыхания ее светлые пряди заколыхались; Джек вдыхал свежий аромат ее мыла.